Стивен Кинг - Болельщик

Иокилис настроен позитивно, но старается мыслить реалистично. «Я надеюсь, что в этом году попаду на „Фенуэй“» — имея в виду сентябрь, когда заявочный список расширяется. Да, как же мне хочется, чтобы сезон побыстрее начинался.

У мистера Кима травма плеча. Меня это не удивляет, с такими-то нагрузками. Бронсон Эрройо может занять его место, хотя в «Курантах» пишут, что в первые несколько недель сезона график игр не такой уж напряженный и мы можем обойтись четырьмя питчерами.

Стив не расстроен. Говорит, что в плей-офф Ким выглядел потерянным, словно не знал, что нужно делать с мячом.

— Ему только двадцать пять, — замечаю я, — а он уже подавал во множестве больших игр.

— Это часть его проблемы. — Гуру статистики Билл Джеймс обнаружил, чем больше иннингов питчеры подают в возрасте до двадцати трех лет, тем чаще с годами их преследуют травмы.

— А как же Клеменс?

Джеймс колледж не учитывает. Клеменс — один из тех, чьи статистические показатели он использует для подтверждения своего вывода. И Клеменс — исключение, он — рабочая лошадка. Дэн Дюкетт выяснил все это, когда смотрел статистические данные Клеменса, и заявил, что его карьера закончена.

Не понимаю, как Джеймс может называть одно и то же как исключением, так и правилом, но речь, вероятно, о том, что в чемпионы Клеменс выводил свою команду только в университетских сериях. Однако даже дьявол может цитировать святое писание для достижения своих целей.

Лежа в постели, в темноте, я сравниваю обновление состава в прошлом году и в этом. Шиллинг — шаг вперед в сравнении с Джоном Беркеттом, но кого заменяет Ким… а теперь Эрройо? Я вспоминаю Кейси Фоссама, или Тростинку, как мы звали Кейси за его сто сорок фунтов. Прошлой весной его не следовало отдавать за Бартоло Колона в надежде, что тот станет стартером-левшой. Весь год он то и дело травмировался и так и не набрал оптимальной формы. Ким — шаг вперед в сравнении с Колоном, но Эрройо практически на том же уровне, что и Тростинка двумя годами раньше — игрок, который только пытается закрепиться в высшей лиге. Мы будем сильнее, но у нас останутся слабые места, которые другие команды постараются использовать, красть у нас победы, выставляя своих более слабых питчеров против наших асов, своего аса — против Лоуве, а вторых и третьих номеров — против Уэйка и Эрройо.

Стоит ли мне сейчас тревожиться об этом? Пусть лучше волнуется Терри Франкона.

В спортивном разделе воскресной газеты две фотографии Джейсона Гамби, до и после, и сравнение заставляет меня сказать: «Bay!» На первой, прошлого года, он с пухлыми щечками, жирком под подбородком, рукава футболки трещат на бицепсах. На фотографии, сделанной за две недели до публикации, худой, осунувшийся мужчина, словно изнуренный тяжелой болезнью. Моя первая реакция чисто человеческая: Господи, надеюсь, с ним все в порядке.

Об исходе сегодняшней игры я узнаю только в ночных новостях. Педро сыграл неудачно, но Джонни Ди сделал круговую пробежку, так что мы победили «Иволог» 5:2. Я рад, что мы выиграли, но дело не в этом. Меня тревожит игра Педро, что в прошлом сезоне, что в плей-офф. Прошло три года с тех пор, как он играл без спадов, и я задаюсь вопросом: а сможет ли он когда-нибудь вернуться на этот уровень?

Тогда таких вопросов не возникало. В 2001 году мы выходили на игру с Сиэтлом, когда Сиэтл был лучшей командой высших лиг. Игру перенесли на два часа из-за дождя, и мы волновались, что Педро не сможет быть стартером из-за холода. Но он вышел в первом иннинге и в три подачи разобрался с Ичиро, потом в три подачи с Олерудом и, наконец, в три подачи — с Эдгаром Мартинесом. Девять подач — девять страйков. Я тогда еще вопросительно посмотрел на Стефа: что это мы сегодня видим?

Тогда мы увидели семнадцать страйков подряд. И, наблюдая за Педро, понимали, что смотрим на лучшего питчера (одного из миллионов людей, которые брали мяч в руки и пытались прокинуть его мимо бэттера) во всем мире. Но это было три года назад.

Вечером в средней школе Кейтлин хоровой концерт, посвященный памяти всеми любимого сторожа, который внезапно скончался от инфаркта. Учитель, который произносит речь перед концертом, упоминает среди прочего о том, что сторож был, как и все учителя, болельщиком «Сокс», и утром, после того как команда упускала верный шанс выиграть, «мы знали, что за завтраком говорить об этом можно только после кофе».