Федор Раззаков - Непревзойденные

Вывод напрашивался один: надо найти такие движения, которые конструктивно по-новому осветили бы последние мгновения танца. Так и родилась идея «круга Пахомовой», технической находки, которая через несколько лет была взята на вооружение многими другими танцевальными парами. Смысл элемента заключался в том, что партнерша в течение целого круга, описываемого на катке, делает еще дополнительные повороты.

Появление «круга» именно у Пахомовой и Горшкова было совершенно закономерным. Для русского народного танца характерны различные вращения, заковыристые повороты. Техника Людмилы, как и любой бывшей одиночницы, была очень высока. Она сама любила различные повороты, вращения. Значит, ей и карты в руки. Но сколько же раз надо было прослушать музыку, сколько раз попробовать движения на полу и на льду, сколько раз продумать и примерить весь комплекс движений, чтоб он стал таким естественным и для самих танцоров, и для тех, кто потом аплодировал танцу!..»

Свой новый танец Пахомова и Горшков сначала опробовали на чемпионате Европы в Гармеш-Партенкирхене (ФРГ) в феврале 1969 года, а спустя месяц – на чемпионате мира в Колорадо-Спрингс (США). На первом турнире они завоевали 3-е место, на втором – 2-е. Причем на обязательные показательные выступления в Колорадо-Спрингс они не остались: в Москве скоропостижно скончался отец Пахомовой, которому было всего 56 лет.

В те дни один из журналистов брал интервью у пары, ставшей чемпионами мира – Дианы Таулер и Бернарда Форда, – и спросил у них, собираются ли они кататься и дальше. На что они неожиданно ответили: нет. «Почему?» – удивился журналист. Ответ Форда был следующим: «Да потому, что уже созрели новые чемпионы. Я не сомневаюсь, что в следующем году на вершине будут Людмила Пахомова и Александр Горшков!» Как в воду глядел!

Однако путь к золотым медалям у героев нашего рассказа был вовсе не легким. В феврале 1970 года на чемпионате Европы, который проходил в Ленинграде (СССР), пара Пахомова – Горшков завоевала свои первые золотые медали, победив всех с подавляющим преимуществом. Однако месяц спустя на чемпионате мира в Любляне (Югославия), где они снова заняли 1-е место, их победа уже не была столь подавляющей. Достаточно сказать, что фаворитов турнира – американскую пару Джуди Швомейер – Джон Сладки – наши фигуристы обошли благодаря лишнему голосу всего лишь одного судьи. То есть их победа висела буквально на волоске. Значит, что-то в их программе могло быть не так, если судьи колебались в ее безоговорочной поддержке. Впрочем, некоторые специалисты видели в этом… политические игры. Ведь минуло всего полтора года со дня августовских событий 1968 года – ввода войск стран Варшавского договора в Чехословакию, который вызвал взрыв возмущения на Западе. Поэтому если на чемпионате Европы, который проходил на территории СССР (в Ленинграде), судьи были подобраны лояльные, то уже в Югославии (а эта страна развивалась в русле капиталистических тенденций) ситуация изменилась. Поэтому победа советской пары была уже не столь безоговорочной. Вот что, к примеру, написал после люблянского чемпионата обозреватель местной газеты «Спорт» В. Неделькович:

«Для тех, кто знает положение в фигурном катании, все теперь ясно. В этом виде спорта, который из-за таких махинаций теряет всякий смысл и превращается в трамплин для ухода в профессионалы, многим не нравится большое число медалей, которые завоевывают представители социалистистических стран. Если спортсмены СССР, ГДР и ЧССР завоюют все медали, то ясно, что во многих западных странах перестанут финансировать этот вид спорта, так как западные страны уже довольно давно устали соревноваться с Востоком во многих областях спорта.

Советской танцевальной паре приходится бороться не только со своими противниками на льду, но и с некоторыми бесчестными судьями. Это нелегкая борьба… К сожалению, это не ново для фигурного катания. Это является продолжением политики холодной войны…»

А вот что написала другая газета – французская «Экип»: «В соревнованиях в танцах на льду наблюдается конфликт между сторонниками английской классической школы, явно более революционной, более выразительной и эмоциональной, и русской. Советские спортсмены, да и не только они, поддерживают в последнее время тенденцию к освобождению от тех канонов, которые были введены в этот вид программы еще при его возникновении в Англии. Более того, советские спортсмены стараются избежать этих ограничений в произвольной программе, что и удается, причем, несомненно, в интересах спортивного танца…»