У него словно отбило желание это делать. И он так и не научился тусоваться в гей-клубах, чтобы кого-то там снимать и не чувствовать после этого себя гадко. Ольга в сексе была достаточно раскрепощенной и могла довести его до оргазма ртом, руками, и фаллоимитатором. Ее не смущало, что, трахая ее, он редко кончал без дополнительной стимуляции. У них выработался ритуал, в процессе которого он сначала трахал ее так, как ей нравилось, а потом она доставала большой черный дилдо и доводила его до оргазма. Со временем арсенал секс-игрушек значительно расширился, Серега не мог бы сказать, что не удовлетворен в сексе. Но жажду мужского тела ни одной игрушкой не удовлетворишь, поэтому, когда Ольги не было дома, он часто дрочил на гейское порно. А потом стал спать с мужем Ольгиной подруги после того, как однажды они вчетвером напились у них на даче. И в жизнь Сереги опять пришел секс в банях. Женя был не совсем в его вкусе, к тому же утомлял своей болтовней и жалобами на жизнь, но искать что-то еще Сереге было влом. Поэтому их встречи продолжались из года в год с периодичностью несколько раз в месяц. Это было похоже на посещение бассейна, куда ты идешь просто поплавать, не ожидая ничего, кроме неплохой разминки и ощущения, что день прошел не зря.
Серега подозревал, что о них знает не только Ольга, но и ее подруга. Такой формат отношений до определенной степени всех устраивал, ведь он не предполагал никаких перемен. Только иногда на Серегу нападала жажда хоть что-нибудь чувствовать, не в плане физическом, а душевном. Он сидел на сайтах знакомств, рассматривал фотки, переписывался, но из этих попыток ничего путного никогда не выходило. Парни в основном искали быстрого перепиха, а у Сереги с этим проблем не было. Его интересовало совсем другое.
Об Илье в первый год он почти не вспоминал, словно кто-то поставил заслонку в реке его памяти, и из того ручья, что хранил воспоминания о нем, перестала поступать вода. Лишь иногда на грани сна и яви к нему приходили смутные фантазии, в которых они были вместе. Изредка ему снились сны о сексе в угнанных тачках, а однажды, спустя несколько лет после разрыва, приснился тот захламленный московский офис, где они трахались. Илья стоял в проеме окна и что-то говорил ему, но Серега его не слышал. Словно между ними было толстое стекло. И тогда Илья нырял в окно, Серега смотрел, как тот падает, но не видел ничего, кроме тьмы. Этот сон потом стал его преследовать и всегда сулил неприятности. На его телефон иногда звонили с незнакомых волгоградских номеров, но Серега всегда эти звонки сбрасывал.
– Ты все еще любишь его, – однажды сказала Галя, когда он навестил ее. В то время он сдавал квартиру своему бывшему приятелю Коляну, тот женился во второй раз и ему негде было жить. Серега отдал ему ключи от квартиры и договорился, что тот будет оплачивать коммуналку и платить за постой символическую сумму. Потом Серега зашел к Гале, они к тому времени не виделись как минимум пару лет. Он жил теперь в другом районе города и вращался среди совсем других людей. Галя то и дело меняла номер телефона, потому что скрывалась от банков из-за просроченных кредитов. Поэтому Серега в какой-то момент совсем утратил с ней связь.
Она встретила его довольно радушно, пригласила в дом и предложила чаю. Поглощение этого напитка было для Гали совершенно нетипично, но вскоре оказалось, что она снова беременна, к тому же, они с Витей ударились в религию, ездили по святым местам и ходили в церковь каждую неделю. Впрочем, Галя не утратила своей житейской мудрости и какой-то по-настоящему христианской терпимости к грехам других, в число которых попадала и Серегина любовь к мужикам.
– Ты все еще любишь его, – повторила она после того, как выслушала краткий рассказ о Серегиной жизни. – И потому у тебя такое безрыбье. Но это даже и неплохо. Грешишь меньше.
– Считаешь, я заслужил страдание? – спокойно спросил тот.
– А ты считаешь, нет? – Галя усмехнулась, показывая несколько гнилых зубов. – Ты хоть знаешь, где твои родители и что с ними? Заповедь про то, что родителей надо чтить, помнишь? Когда ты их видел последний раз?
– Примерно тогда же, когда они видели меня, – упрямо ответил Серега.
– То, что они у тебя ебанутые, понятно. Но ты-то вроде поднялся.
– Не благодаря им.
– Гордыни в тебе много, Серега, – беззлобно сказала Галя и посмотрела ему в глаза. – Но это пройдет.
Тот под этим взглядом быстро засобирался домой, достал из кошелька несколько тысячных купюр и отдал Гале.
Читать дальше