Телепорт

Юля подошла к своему телу, поцеловала в губы. Первое касание своего тела нагнало теплой нежности, жаркого возбуждения. Плотно прижимая женское тело к себе, Юля вдавила стояк в мягкую брюшину, почувствовала вершины сосков. Напоминание о сосцах вызвало желание их поласкать языком. Пятерня, накрывшая гениталии девичьего тела, вознесли усладу до небес, тело просило продолжения, истощало влагу вагиной, гнало кровь к вульве. Ласки, производимые Юлей, возбуждали девичье тело, но психика Димы не желала дальнейшего соития. Он стоял безучастно, размышлял, обнять ли ЕМУ СВОЁ тело. А дальше? Дальше позволить трахнуть себя? Какой-то внутренний барьер кричал: « Ты не баба, чтобы тебя ебли! Мужик ты или нет? Откажись немедленно!»

— Юль, любимая моя. Я не могу. Понимаю, что тело хочет, чувствую его возбуждение, хочу этого возбуждения, а продолжения допустить не могу! Извини!

— Алкоголь?

— А потом? Ломка психики. Не надо, милая. Знаешь, что? Примени тело Сергея. Все равно ведь им ты будешь удовлетворять маму. Трахни сама себя.

— Ага. И тоже налаживать отношения со своей психикой? Что же ещё можно придумать?

— Ну тогда можно потренироваться на шлюшках.

— А это идея. Я её буду хорошенько думать. Я поняла. Неволить не буду…. Пока! Встань прямо, ноги вместе. Наклоняйся, охвати руками ноги. Стой так, я посмотрю со стороны на свой видок. Ух! Как бы въехала сейчас! Ладно. Ещё одна стойка. Давай на одной ноге. Помнишь…? Ага! Я только облизну…. Обещай только, что временами ты будешь находиться в моём теле…. Хочу лизать.

«Энигма! Оставить эти тела на месте, сознания вернуть по местам!»

— Юлька! Какая ты замечательная выдумщица! Иди ко мне, дай допить того сока, дай потискать грудочки полные.

Он перевернул Юлю вверх ногами, закинул бёдра девушки себе на плечи, её опущенная голова оказалась в районе его члена. Которым она уже не давилась, засасывала постепенно, не суетясь. А Дима видел перед собой «воронку» девушки, раздвинул большие губки, всосался в малые. Поза в виде числа 69, только мужчина стоит на ногах, может ходить, сочинять стихи…. Но есть занятие повкуснее, поважнее.

«Дим, у меня кровь к голове прилила, в глазах помутнело. Или ложись, или давай по-другому.»

Дмитрий переворачивает любовницу, опускает влагалищем на поршень. Поднимая Юлю за ягодицы, вслушивается в трение сосков о грудь, в болезненные покусывания девушкой мочки уха. Она вдруг в порыве страсти больно кусает его за плечо, оставляя кровавый след. Запах крови будит животные инстинкты в Диме. Он бросает её на траву, яростно входит в уже расслабленную, не узкую щель, и опершись на вытянутые руки долбит, долбит.

«Дима…, Димочка…! Хочу…! Хочу…! Хочу!»

«Что ты хочешь, любимая?»

«В попу хочу!»

«Это еще какое-то самобичевание?»

«Нет! Просто хочу, до того ты меня раззадорил».

«Ну держись, подруга, расколешься до пупа!»

Влага, обильно вытекающая из влагалища, текла на анус, послужила лубрикантом. Юля встала на колени, упала лицом на траву, руками растянула ягодицы в стороны.

Были! Были в его жизни женщины, согласившиеся на его уговоры, подставившие попу под модернизацию. Не все! Не все остались довольны «перестройкой», убегали с развороченным «скворечником». Да туда им дорога. Но были и такие, которые подсев на такой наркотик, ночевали на ступеньках его подъезда, прося «прочистить дымоход».

Юлю он не собирался обижать, «раскалывать» как полено. Палец-заменитель трахая дырочку пару-тройку минут, уже свободно чувствовал себя в плотном дупле. Второй заместитель закружился в парном танце, заманивая и третьего дружка. Юля кряхтела больше от наслаждения, чем от боли, ожидая главного героя. ГГ, оплёванный слюной, в красной мантии возбуждения ствола, в сливовой шапочке головки, приготовился к выходу входу на в сцену. По сценарию ГГ должен появиться на сцене, протискиваясь сквозь «кротовую нору».

Овациями встретила ГГ Юля, выплеснула весь заряд радостных эмоций. Крики «браво» заменялись « Давай! Давай!» «Сейчас кончу!» «Ааааааааа….. оооооох!» Только жёсткость геометрической фигуры «треугольник» удержала Юлю в необходимой для окончания акта позиции. Благодарный ГГ к торжеству «заказал» праздничный салют. Покидая «сцену» через ту же «нору» издав звук откупоривающейся бутылки, выпал в осадок. «Фигура» рассыпалась.

«Дим, я мазохистка да?»

«Признаться, не ожидал от тебя таких наклонностей. И если есть в тебе какие-то грязные мыслишки, то эта самая офигительная! »