Дон Элиум - Воспитание сына

Многие в нашей культуре боятся гнева, потому что, когда мы сами были детьми, нам приходилось видеть, как некто неистовствовал, выйдя из себя. Вследствие этого, став взрослыми, мы, как только услышим слово «гнев», представляем себе человека, который дерется, швыряется вещами или что-нибудь ломает. Истина в том, что гнев можно пережить, не сделав ни единого движения. А насильственные действия могут и не быть выражением чувства гнева, скорее, они отражают сопротивление этому чувству. Обычно мы сопротивляемся чувству гнева, потому что страшимся его интенсивности или боимся навредить кому-нибудь.

Я пошел на одно из этих занятий по гневу и злости. Они проводятся в звуконепроницаемых комнатах, где вы можете кричать сколько угодно и вас никто не услышит. Я вошел туда с руководителем, лег на мат и орал, пока не охрип. Чувствуя себя изнуренным, я открыл глаза. Первой моей мыслью было удивление, что инструктор еще жив. Мой гнев не убил его! Теперь я знаю, что нанести вред, обидеть может только мое поведение. Испытав гнев, ярость, любое другое чувство, я становлюсь сильнее, даже если это чувство и не очень приятное. Я прожил большую часть своей жизни, сдерживая свои чувства из страха кого-нибудь обидеть. Какое облегчение!

Никто не может управлять чувствами. Большинство людей способны научиться контролировать свое поведение. Двухлетний малыш инстинктивно тянется за игрушкой и бьет другого ребенка, оказавшегося поблизости, еще до того, как поймет, что же он делает. Подрастая, дети начинают понимать, что драться плохо, и мы учим их искать другие формы поведения для решения проблем. Их чувства, вероятно, остаются теми же: они по-прежнему сердятся, если кто-то заграбастает привлекательную игрушку. Но они начинают контролировать свое поведение. Инстинктивное желание двухлетки — ударить — перерастает в более зрелое, осознанное желание посмотреть, как будут разворачиваться события.

Незрелые или неосознанные формы поведения мы называем привычками. Обычно мы добавляем к ним эпитет «хорошие» или «плохие» в зависимости от того, какое влияние они оказывают на нашу жизнь. Когда мы едем по свободной магистрали, мы регулярно, но неосознанно поглядываем в зеркало заднего вида, чтобы держать под контролем поток машин. Мы автоматически нажимаем на тормоза, когда видим загоревшиеся тормозные огни едущего впереди автомобиля. Эти привычки помогают нам ездить без аварий. С другой стороны, Майкл, когда нервничает, обгрызает ногти до мяса. Джордан, когда он сердит, «взрывается» и стукает первого попавшегося под руку. Эти привычки являются незрелыми формами поведения и могут доставить своим «владельцам» немало проблем. Мы делаем своим сыновьям огромный подарок, когда помогаем им научиться проявлять свои чувства и сознательно управлять своим поведением на том уровне зрелости, который соответствует их возрасту. Понимание законов развития чувств окажет им (и нам) действенную помощь, когда в отрочестве их начнет будоражить тестостерон.

Моему сыну недавно исполнилось 16, и ему приходится вести борьбу со множеством трудных чувств. Однажды мне нужно было куда-то добраться побыстрее, и я сказала ему, что сегодня он не сможет поехать на машине. Он пришел в такое бешенство, что стал кричать мне непристойности. Я была шокирована и обижена. Я даже испугалась, когда он заорал и стал махать кулаком у меня перед носом. Я думала, что он и ударить сможет. Ничего подобного у нас прежде не случалось. Я сказала ему: «Это ненормально. Ты останешься здесь, а позже мы поговорим». И вышла из дому, мне необходимо было уйти. Когда я вернулась, я ему сказала: «Ты можешь сердиться и имеешь право сказать мне об этом, но ты больше никогда не будешь махать передо мной кулаками и угрожать мне. Точка». Я на неделю запретила ему пользоваться машиной и добавила, что если он не может разговаривать со мной без угроз, то пусть поищет себе другое место жительства. Я ненавидела себя, когда произносила эти слова, но что еще сделать — я не знала. Потом он попросил прощения. И мы хорошо побеседовали о различии между выражением чувств и поведением, несущим в себе угрозу. А еще мы поговорили о том, что же его все-таки так обидело. Оказалось, все дело было в девушке.

Эта одинокая мать говорит об одной из наиболее сложных ситуаций, с которыми сталкиваются матери, воспитывающие мальчиков-подростков в одиночку. Сын не понимает, что его тело реагирует на мощь тестостерона и что, хотя он испытывает к матери любовь и привязанность, его действия могут быть обидными и угрожающими для нее, для другой женщины и даже для мужчин. Мальчики чувствуют себя в большей безопасности, когда адресуют выражение своих эмоций матерям, но мать должна набраться сил и определить четкие границы поведения, какое она может допустить в отношении себя.