Гретхен Рубин - Счастлива дома

Как типичный родитель типа А, я хотела, чтобы мои дочери использовали свое время максимально продуктивно. Но я также понимала, что полезные занятия не всегда кажутся полезными. Знаменитый звукооператор Уолтер Мурк вспоминал: «Сейчас, в 58 лет, я делаю в точности то, что восхищало меня в 11. Но я долгое время думал: “Звуки не могут быть настоящей работой. Может, стать геологом или преподавать историю искусств?”». Моя подруга всегда увлеченно играла с кукольными домиками, сейчас она – дизайнер интерьеров. Другая подруга долго училась на юрфаке, но гораздо больше ее увлекали видеоигры. В конце концов она бросила юриспруденцию и устроилась в компанию, производящую видеоигры. Что было для нее пустой тратой времени – игры или юрфак? Элизабет однажды со вздохом сказала:

– Ах, если б в детстве я могла больше смотреть телевизор!

И неудивительно – ведь она пишет сценарии телепрограмм! В детстве я выписывала цитаты из прочитанных книг в тетрадку, иллюстрировала их вырезками из журналов – именно этим я сегодня занимаюсь в своем блоге. Многие считают, что детям нужно предлагать самые разные занятия, чтобы они могли развиваться разносторонне. Но действительно ли эти занятия развивают новые интересы, которых у детей нет? Не душим ли мы зарождающийся интерес в зародыше, заставляя ребенка заниматься тем, что ему пока еще неинтересно?

Родители хотят, чтобы их дети использовали время с толком и выбирали то, что сделает их счастливыми. Мы хотим обеспечить им надежное место в этом мире. Но я понимаю, что подобное стремление может быть и опасным.

– Тебе лучше стать профессором, адвокатом, бухгалтером, учителем, выйти замуж, – советуют родители. – Это менее рискованно.

Я знаю многих, кто вступил на безопасный, одобренный родителями путь, но впоследствии покинул его – добровольно или нет. Эти люди впустую потратили массу времени, сил и денег на то, что их никогда не привлекало. Теперь я сама мама и в полной мере оценила ту поддержку, которую оказали мне родители, когда я решила бросить карьеру юриста и стать писателем.

Но всегда ли мы знаем, что хорошо, а что – пустая трата времени.

Так что же нам с Джейми делать: настаивать на том, чтобы Элиза училась игре на рояле, или позволить ей поступить по своему усмотрению?

Может, Элизе понравится играть на рояле, если мы заставим ее брать уроки, а может, и нет. Может, она научится самодисциплине, а может, и нет. Но нужно учитывать и еще один фактор: цену, которую придется заплатить за эту возможность. Если рассуждать логически, любой выбор означает отказ от альтернативы. Час занятий игрой на рояле значит отказ от всех других занятий. Чем бы занялась Элиза, если б этот час был у нее свободным? Она узнает только в том случае, если мы позволим ей решать самой.

Мысли о будущем заставляли меня желать, чтобы Элиза накапливала багаж достижений с раннего возраста, но более разумная моя часть твердила: лучший урок детства – это понимание того, чем ты хочешь заниматься. Если б до поступления на юрфак я проанализировала то, чему посвящала все свое свободное время, то раньше стала бы писателем. Я не жалею о том, что сделала. Мне нравилось учиться и нравилась работа адвоката. Но этот опыт мог оказаться гораздо менее приятным. А кроме того, я могла бы никогда не набраться храбрости взяться за перо.

Когда у нас много свободного времени, мы сами выбираем занятие себе по душе.

– Взрослея, я страшно скучала, – вспоминала одна моя подруга, очень творческая особа. – Но благодаря этому у меня была чрезвычайно богатая внутренняя жизнь.

– Да, – кивнула я. – Скука тоже может быть важной. Именно в такие моменты понимаешь, чем тебе хочется заниматься.

После месяца споров мы с Джейми решили следовать правилу «Охраняй свободное время своих детей». Мы хотели, чтобы Элиза оставалась самой собой, даже если для этого придется отказаться от фортепиано. Мы хотели, чтобы свободное время стало для нее возможностью исследований и выбора.

Поговорка гласит: «Нужно понять ребенка, который у тебя есть, а не того, которого тебе хотелось бы иметь». Я полностью согласна с Монтенем: «Самые прекрасные движения нашей души – это наименее напряженные и наиболее естественные ее движения».

Чем же Элиза занимается в свободное время дома? Играет ли она в шахматы, делает ли химические опыты, пишет ли сонеты или организует благотворительные вечера в пользу приюта для бездомных животных? Ничуть не бывало. Она часами рисует или снимает себя на видео, а потом тратит массу времени на просмотр снятого. И неважно, нравится ли мне это, но она этим занимается.