Виктор Геращенко - Нет дефолту! Работа над ошибками

А. ВЕНЕДИКТОВ: Мы еще поговорим об этом, но мой вопрос — не боитесь ли вы, что вы открыли дверь для утечки капитала за границу, что сейчас состоятельные люди, те, которые могут открывать счета за границей, им не нужно обращаться к вам, они начнут просто выводить свои капиталы легально в огромном количестве в более стабильные страны?

В. ГЕРАЩЕНКО: Мы не боимся, что мы открыли дверь. Потому что известно, что еще Петр I прорубил окно, оно с каждым годом становилось после 92 года все шире и шире, и тот, кто хотел иметь средства за границей на своих персональных счетах, на счетах своих компаний, на своих оффшорных компаниях, — они давно все это организовали и имеют. Потому что, в принципе, у нас можно это называть бегством капитала, но у нас был отток капитала начиная с 92 года, когда была либерализирована одномоментно внешняя торговля без наличия закона о валютном регулировании и контроле, хотя он вряд ли, опять же, помог бы. И поэтому был отток капитала, он там есть, он зачастую по своей природе не очень активен, люди, которые этот капитал вывели, зачастую хотели бы его ввести назад, но боятся иногда некоторых легальных последствий. Поэтому в данном случае государству нужно, на мой взгляд, решать, готовы ли они идти на какие-то налоговые амнистии, амнистии, связанные с нарушением налогового законодательства, валютного законодательства, или нет. Я думаю, что в этом случае часть капитала бы вернулась с удовольствием.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Сразу вопрос. Вы Центробанк, вы часть государства. А вы как считаете, нужно ли идти на какие-то налоговые амнистии для того, чтобы часть капитала вернулась сюда?

В. ГЕРАЩЕНКО: Я считаю, что надо идти. Потому что, когда начинает капитал приходить назад со всякого рода ухищрениями, как мы видели в банковской системе, когда с конца 99-го года и в начале 2000 года стал капитал наших местных банков повышаться, поскольку прежний капитал был уже неадекватен, для того, чтобы обслуживать клиентуру, — то, по существу, владельцы банков, акционеры банков капиталы возвращали под разного рода новыми шапками иностранных компаний и т. д. А для чего все эти игрушки? Капитал был выведен в силу определенных условий нашего развития в начале 90-х годов. Условия меняются, налоговые системы становятся более справедливыми. Нас совершенно правильно призывают бороться с бессонницей: заплати налоги — и спи спокойно. Поэтому я считаю, что капитал здесь бы работал более активно и плодотворно для общества. А если человек решил вернуть деньги назад и пустить их в реальное дело здесь, значит, он уже, по крайней мере, в душе исправился, и в уме тоже.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Называются разные объемы утечки капитала за 10 лет, за последний год. У Центробанка есть хотя бы какие-то прикидки, сколько ушло за год и за 10 лет? Растет утечка капитала, сокращается?

В. ГЕРАЩЕНКО: Есть по платежному балансу определенная статья, которая отражает и отток капитала, и так называемые ошибки и пропуски. Оценки бывают разные, и мы никогда никаких точных оценок не давали, но зачастую во многие годы по 15 млрд. долларов вполне выходило. Хотя, опять же, специалистам понятно, что в основном выводом капитала занимались не только какие-либо криминальные группировки в силу своего криминального происхождения, но в основном занимались крупные компании, которые делают 60 % экспорта страны.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Хорошо, но за последние 2–3 года эта тенденция существует?

В. ГЕРАЩЕНКО: Она несколько сократилась, потому что, в принципе, политическая ситуация, экономическая ситуация, социальная ситуация, на мой взгляд, можно считать, устоялась. Поэтому сейчас нет таких подспудных социологических давлений, которые были в начале этого процесса, когда опасались не только высоких налогов, но опасались — а вдруг будет какой-то возврат к старой системе, и я всего лишусь, а тут у меня будет за границей загашник. А в целом, если люди сидят в бизнесе, они понимают, что деньги должны работать, а не просто находиться на счетах в загранбанках. И, предположим, та или иная недвижимость — может быть, и неплохое вложение, но если ты не занимаешься просто развитием недвижимости, не покупаешь и не сдаешь в аренду, это не твой бизнес, — тогда чего тебе 5 квартир? Ты же в них не живешь.

А. ВЕНЕДИКТОВ: То есть эта тенденция сокращается?

В. ГЕРАЩЕНКО: Эта тенденция сокращается, потому что я считаю, что наш бизнес-класс, не называя его элитой или не выделяя среди них элиту, они понимают, что они в основном бизнес, деньги, дело могут делать в России, и зачастую там они не нужны со своими талантами.