Работа

В наши дни всё обстоит ровно наоборот: наше представление о счастье искусственно создано с целью стимулировать производство. Не приходится удивляться, что продукты нашего труда уже почти вытеснили нас самих из этого мира.

Работа не создаёт богатство там, где раньше была нищета. Напротив, пока в результате работы одних людей обогащаются другие, работа создаёт нищету, прямо пропорциональную прибыли.

Нищета — это не объективное состояние, но отношения, сложившиеся в результате несправедливого распределения ресурсов. В сообществах, где люди привыкли делиться друг с другом всем, нет нищеты. Да, может быть дефицит каких-то предметов или продуктов, но никого не подвергают унизительному существованию без жизненно необходимых благ, в то время как у других их больше, чем достаточно. По мере накопления прибыли и роста минимального порога достатка, необходимого для влияния на принимаемые обществом решения, бедность распространяется всё шире. Это своего рода форма изгнания. Самая жестокая форма изгнания, поскольку физически вы остаётесь в обществе, из которого изгнаны. Но участвовать в его жизни вы больше не можете. Как и уйти куда-то ещё.

Работа не просто создаёт бедность наряду с богатством. Происходит сосредоточение богатства в руках немногих избранных и распространение нищеты среди всех остальных. Ради существования каждого Билла Гейтса миллион людей должен жить за чертой бедности. Для каждой Shell Oil должна быть своя Нигерия. Чем больше мы работаем, тем больше прибыли получают бенефициарии нашего труда, и тем беднее мы становимся по сравнению с нашими эксплуататорами.

Таким образом, в дополнение к созданию богатств работа делает людей нищими. Это очевидно даже без учёта иных способов, которыми работа делает нас беднее: в плане самоопредления, свободного времени, здоровья, чувства собственного достоинства, которое выходило бы за рамки карьеры и банковских счетов, она делает нас бедными в духовном плане.

Господь всемогущий! Господа, ну не можем же мы все быть миллиардерами! Тогда это называлось бы инфляцией. Ну в самом деле! Чтобы кто-то считался богатым, кому-то придётся быть бедным.

“Цена достойной жизни”, какой её пытаются представить защитники статус–кво, на самом деле вводит людей в заблуждение: нельзя сказать, чтобы члены нашего общества жили по–настоящему! “Цена работы” — вот это более правильная оценка. И цена эта высока.

Всем известна цена, которую платят домохозяйки и посудомойки за то, что составляют основу нашей экономики. Им достаются все проклятия бедности: различные виды зависимостей, разбитая личная жизнь, плохое самочувствие. Те, кто каким-то образом справляются со всем этим и умудряются приходить на работу вовремя, чудесные люди. Только представьте, чего они могли бы достичь, если б были свободны применять всю силу своего характера к чему-то, кроме обеспечения доходами своих боссов!

Но мы не обойдём своим вниманием и их начальство, которому посчастливилось оказаться на ступеньку выше в этой иерархической пирамиде. Можно было бы предположить, что более высокая зарплата означает больше средств и больше свободы, но не всё так просто. С каждой работой в комплекте идут определённые издержки. Подобно тому, как посудомойка вынуждена каждый день оплачивать проезд на автобусе на работу и с неё, так корпоративный юрист должен быть готов отправиться на вызов по первому же требованию, от него ожидается, что он будет поддерживать своё членство в модном загородном клубе для деловых встреч в неформальной обстановке, предполагается также, что он владеет небольшим особнячком, где иногда устраивает званые ужины для своих знакомых, которые одновременно являются его клиентами. Вот почему рабочим среднего класса так трудно скопить достаточно денег, чтобы навсегда выйти из этих крысиных бегов, пока они бегут впереди: ведь в существующих экономических условиях “бежать впереди” на самом деле означает “бежать на месте”. В лучшем случае вы заработаете себе на топчак получше, но и бежать придётся быстрее, чтобы не упасть.

Между тем, финансовые издержки от работы — ещё не самое страшное. В одном известном соцопросе респондентов из различных слоёв общества спросили: сколько денег им необходимо, чтобы “жить, как хочется”. Все — от бедняка до патриция — назвали сумму примерно в два раза большую, чем их текущий доход на тот момент. Таким образом, деньги не только стоят слишком дорого, чтобы их получить. Они ещё и действуют как сильный наркотик: чем больше его употребляешь, тем меньше удовлетворения! И чем выше вы карабкаетесь по иерархической лестнице, тем больше придётся сражаться за своё место под солнцем. Богатый исполнительный директор должен отказаться от своих страстей и совести, он должен убедить себя, что заслуживает большего, чем все те неудачники, чей труд обеспечивает ему комфортную жизнь. Он должен уметь побороть любой импульс к критическому анализу, к безвозмездному дарению, к воображению себя в роли другого человека. Если он не справится с этими слабостями, то, рано или поздно, его сместит более беспринципный соперник. И голубые, и белые воротнички вынуждены практически умертвить себя ради того, чтобы удерживаться на работах, которые обеспечивают им жизнь. Речь идёт о том, какой вид смерти предпочтительнее: духовная или физическая.