Нельзя не обратить внимания на восторженную реакцию капиталистических стран, особенно в Западной Европе, по поводу исхода переговоров о продлении соглашения о текстиле. Например, в английской печати подчеркивалось, что «выработанное в результате переговоров соглашение в его настоящем виде может рассматриваться в данных условиях как один из наиболее успешных результатов действий, когда-либо предпринятых протекционистским лобби вообще и в текстильной промышленности в частности» 18. В освободившихся странах итоги переговоров 1977 г. были встречены, наоборот, с большим разочарованием. Позже, в ходе обсуждения действия этого соглашения в Комитете по текстильным товарам ГАТТ в 1979 г., государства Азии, Африки и Латинской Америки открыто выразили тревогу по поводу того, что оно утрачивает свои букву и дух и превращается в орудие их дискриминации.
В связи с истечением второго срока действия международного соглашения по текстилю его участники в 1981 г. начали новые переговоры, выявившие особенно острые разногласия между развивающимися странами и членами ЕЭС.
Пользуясь разобщенностью развивающихся государств, странам Запада удалось добиться очередного продления этого международного соглашения до середины 1986 г. на выгодных условиях. В частности, предусмотрено сокращение импортных квот для крупных экспортеров. Вместе с тем представитель ЕЭС пригрозил, что если не удастся достичь приемлемой договоренности с тремя десятками стран-экспортеров в ходе предстоящих двусторонних переговоров, то Сообщество будет считать себя свободным от выполнения условий этого соглашения.
С середины 70-х годов происходит быстрое расширение круга товаров, ставших объектом «добровольных» ограничений экспорта, за рамки текстильных изделий. Такие ограничения распространились, в частности, на черные металлы, ряд видов транспортного и электронного оборудования, продукцию машиностроительной, электротехнической и пищевой промышленности, шарикоподшипники, обувь, сухие гальванические элементы и другие товары. Общая стоимость товаров, подвергавшихся «добровольным» ограничениям, оценивалась к концу истекшего десятилетия в миллиардах долларов. Однако оценки подобного рода сугубо приблизительны. «Поскольку сведения об этих ограничениях, — отмечают эксперты ЮНКТАД, — нередко имеют секретный характер, их масштабы практически неизвестны» 19.
В целях установления «добровольных» ограничений используются методы, похожие на прямой шантаж. Например, Комиссия ЕС по инициативе Европейской ассоциации производителей шарикоподшипников объявила в феврале 1977 г. о намерении обложить японскую продукцию 20 %-ной антидемпинговой пошлиной. В ходе последовавших затем переговоров Комиссия ЕС в июне того же года добилась от четырех крупнейших поставщиков обязательства «добровольно» повысить экспортные цены, а продукция остальных поставщиков стала облагаться пошлиной. Однако Европейский суд, куда обратились последние, отменил указанное решение Комиссии ЕС как необоснованное. Но постановление суда уже не могло повлиять на обязательства основных поставщиков, которые повысили цены.
Распространение двусторонних «добровольных» ограничений, продолжающееся в 80-х годах, значительно ухудшает отношения между крупнейшими империалистическими странами. Так, в мае 1981 г. под нажимом администрации Рейгана Япония согласилась в течение трех лет сократить поставки автомобилей в США, в том числе в первый год почти на 8 % [23] Средством давления на Японию являлся подготовленный законопроект, предусматривавший ограничение импорта ее автомашин в течение трех лет до 1,6 млн. штук ежегодно, т. е. на 16 % по сравнению с 1980 г.
. Опасаясь увеличения потока японских автомобилей в ФРГ, ее министр хозяйства О. Ламбсдорф выступил с резким осуждением этого соглашения, назвав этот факт близорукой и узкоэгоистичной политикой, игнорирующей справедливые интересы других участников международной торговли. Воспользовавшись прецедентом, Комиссия ЕС заявила о намерении добиваться «добровольных» ограничений экспорта на условиях, аналогичных условиям договоренности между Японией и США. В ходе сепаратных переговоров с рядом западноевропейских стран, игнорируя таким образом органы «Общего рынка», Япония пошла на некоторые уступки. В частности, она согласилась в 1981 г. ограничить прирост экспорта легковых автомобилей в ФРГ на 10 % и сохранить их поставки в страны Бенилюкса на уровне предыдущего года [24] Великобритания в 1975 г. договорилась с Японией о «добровольном» ограничении экспорта автомобилей в пределах 10 % от сбыта на внутреннем рынке. Франция фактически установила квоту на уровне 3 %, а Италия разрешает поставлять всего 2200 автомобилей в год.
.
Читать дальше