Питер Барнес - Пешки

Ещё одно право, существующее больше на бумаге, чем в действительности, — это право, гарантированное четвёртой поправкой к конституции, которая запрещает незаконные обыски и конфискации. Теоретически военное командование признает эту поправку, и в «Наставлении для военных судов» прямо говорится, что доказательства, полученные в результате незаконного обыска, не имеют силы на суде. Однако в действительности вещи солдата являются предметом постоянного и регулярного осмотра. Военная полиция может в любое время остановить и обыскать автомобиль. Кроме регулярных осмотров в казармах существуют необъявленные «перетряски», которые обычно производятся по крайней мере раз в месяц и, как правило, в ночное время.

Застигнутых врасплох солдат будят и заставляют встать у своих тумбочек в ногах кровати, чтобы они ничего не смогли переместить. Военная полидия становится у дверей, а офицер подходит и обыскивает каждый стенной шкафчик и прикроватную тумбочку. Если он пожелает, то может учинить солдатам и личный обыск. Цель «перетряски» — обнаружить «контрабанду»: спиртные напитки, наркотики, краденоe имущество, недозволенную литературу. Хотя справедливый военный суд, вероятно, отвёл бы материалы, полученные вследствие «перетряски», в результате этих предрассветных рейдов тысячи солдат — обычно незаконно — штрафуют, понижают в должности, сажают на гауптвахту или подвергают другим наказаниям.

Из всех прав, установленных конституцией, самыми ценными являются права, гарантированные первой поправкой: свобода слова, печати, мирных собраний и петиций об удовлетворении жалоб. Но именно эти права, столь дорогие сердцу основателей американского государства, больше всего стремятся ограничить в вооружённых силах.

На первый взгляд, военные наставления и инструкции допускают в армии некоторые формы политической деятельности. Согласно инструкции 381-135 солдаты имеют право получать печатные материалы по почте и хранить по одному экземпляру каждой книги, газеты или брошюры. (Наличие более одного экземпляра предполагает намерение их распространять, что, в зависимости от характера материала, может считаться незаконным.) Инструкция 600-20 разрешает солдатам, проходящим службу в Соединённых Штатах, участвовать в публичных демонстрациях, когда они находятся вне службы, за исключением случаев, когда демонстрации «могут привести к насильственным действиям». Директива министерства обороны 1344.10, относящаяся ко всем видам вооружённых сил, разрешает солдатам голосовать, высказывать личные мнения по политическим вопросам, вступать в политические клубы и посещать их собрания (в гражданском платье), подписывать петиции об определённых законодательных акциях, выдвигать кандидатов для голосования и писать письма редакторам газет, выражая личные взгляды.

Известный армейский меморандум 1969 года под названием «Руководство по отношению к инакомыслию», адресованный командирам, звучит прямо как гимн свободам, провозглашённым в первой поправке к конституции.

«Наша система правления не требует, чтобы каждый гражданин и каждый солдат всецело соглашался с политикой правительства… Право выражать мнения по общественным и личным вопросам обеспечивается конституцией и законами Соединённых Штатов в равной мере солдату и гражданину…»

По вопросу о свободе печати «Руководство по отношению к инакомыслию» выражается довольно конкретно:

«Издание „подпольных газет“ солдатами вне гарнизона, в своё личное время, за свой счёт и на своём оборудовании, вообще говоря, разрешается. Командир не может запретить распространение издания только потому, что ему не нравится его содержание… У командира должны быть веские основания, подкреплённые доказательствами, чтобы запретить распространение газеты. Тот факт, что издание критикует, пусть даже несправедливо, политику правительства или должностных лиц, сам по себе не служит основанием для его запрещения».

Кроме всего прочего, представители вооружённых сил часто указывают, что солдаты имеют право говорить о чём угодно между собой. Такие заявления подкрепляются «Наставлением для военных судов», которое гласит, что «выражение мнений в сугубо частном разговоре обычно не должно служить основанием для возбуждения дела в военном суде».

Это сформулировано весьма убедительно. Однако наставления и меморандумы умалчивают о том, что военное командование до сих пор, когда сочтёт нужным, сохраняет практически неограниченное право препятствовать свободному осуществлению прав, предусмотренных первой поправкой. Умалчивают они и о том рвении, с каким наказывают солдат, настаивающих на осуществлении своих прав. Надо обладать большим мужеством, чтобы в американской армии бороться за права гражданина-солдата.