Торговые корабли, как правило, были вооружены 20-30 пушками не самого крупного калибра: примерно десять с каждого борта, две на корме и одна (если позволяла конструкция судна) на носу. Успех в сражении мог принести только полный бортовой залп при условии, что снаряды попадут в цель. Пробить борт корабля врага ниже ватерлинии и вызвать тем самым течь, снести с палубы рангоут (устройство для подъёма, растягивания и удержания парусов) либо хотя бы повредить мачту или паруса, чтобы пиратское судно не смогло догнать жертву, — палить для этого нужно разом. А целиться можно было, увы, только всем бортом. Пушки того времени не имели прицельных устройств. Орудийные порты — небольшие окошки в бортах корабля, сквозь которые выглядывали орудийные стволы, позволяли лишь немного менять наклон ствола, чтобы выстрелить выше или ниже. Так что целился фактически капитан, разворачивавший судно для залпа и отдававший приказ стрелять именно в те секунды, когда это было возможно. Потому что поторопись он или промедли с командой, выпущенные ядра уйдут «в молоко».
В сражениях военных кораблей тактика была иная. Громадные парусные суда, экипаж которых мог насчитывать до полутора тысяч моряков и солдат, имели гораздо более мощное вооружение. Сто пушек, сто пятьдесят и даже сто восемьдесят, размещённых на нескольких палубах одна над другой, были настолько серьёзным аргументом в морском бою, что абордаж в качестве основного средства достижения победы не рассматривался. К тому же, сойдись борт к борту два таких гиганта, неизвестно, за кем окажется перевес. И там и там — профессиональные солдаты, вооружённые мушкетами, аркебузами и даже закованные в латы. В бою участвовали именно солдаты. Моряки работали с парусами, пушкари палили из пушек и вступали в схватку, помогая солдатам лишь в момент абордажа или отражения абордажной атаки противника. Поэтому в начале военного морского сражения между противниками происходили длительные артиллерийские дуэли, которые могли продолжаться много часов и даже суток. Корабли маневрировали, стараясь нанести врагу максимальный урон пушечным огнём, а лучше уничтожить — потопить или сжечь. Абордажная команда высаживалась на борт вражеского судна лишь тогда, когда оно, лишённое подвижности и большей части защитников, превращалось в намного более лёгкую добычу.
Скорость пушечной стрельбы и здесь оставалась прежней. Команды бомбардиров — а тут нужны были именно команды, работавшие быстро и слаженно, — умевших сделать не два, а целых три выстрела в час, были настолько редки, что ценились на вес золота. Знаменитый российский флотоводец адмирал Фёдор Ушаков прекрасно знал им цену. И одной из главных причин его блистательных побед в морских сражениях с турецкими эскадрами и флотами стало именно то, что в результате нещадных, изматывающих тренировок, которыми Ушаков руководил лично, русские артиллеристы научились стрелять в полтора раза быстрее противника.
«Наука и жизнь» № 12, 2011.