Правда, местные чиновники при этом просят не раздувать событие, не дразнить гусей. Пусть пропагандистский боевик «5 дней в августе», сделанный силами американцев, провалился в прокате. Зато его афиша по-прежнему занимает весь забор у кинотеатра. А фестивалю при отсутствии рекламы остается полагаться на глас народа. Впрочем, в Тбилиси сегодня только два действующих кинотеатра, в них семь залов. Так что люди узнают о фестивале, просто придя в «Руставели». Билеты продаются с большой скидкой от обычной цены в 15—16 лари (примерно 10 долларов). В прошлом году сеансы прошли с успехом во многом благодаря эффекту фильма «Стиляги», показанного на открытии. Тбилиси не такой уж большой город, и здесь важно сарафанное радио. А vox populi возвестил, что вроде идеологией не грузят. Но потом, оказывается, пошли упреки и в совковости, и в показе «кино оккупантов».
Однако сегодня Котэ Лузиньян-Рижинашвили, совсем, кстати, не киношник, а бизнесмен и юрисконсульт, живущий между Лондоном, Москвой и Тбилиси, спокойно говорит о призывах бойкотировать показы. «Страх не страх, а эмоция такая, конечно, в людях присутствует. Но я, решив этим заниматься, исходил из конъюнктурных соображений. Было понятно, что наши верхи отнесутся к этому спокойно, а если они умные, то смогут потом и воспользоваться проектом. Мы осторожно развиваем его, стараемся не раздражать людей. И уверены, что дождемся лучших времен. Обидно только, что молодежь из театрального института под влиянием своих непримиримых профессоров нас игнорирует. Приехали такие мастера — Вадим Абдрашитов, Павел Лунгин, Роман Балаян, Ираклий Квирикадзе. Можно подумать, много еще будет возможностей с ними встретиться!» — удивляется он. И говорит о базовой вещи: теряя элиты, не важно — бизнесовые или культурные, но заинтересованные в улучшении отношений между нашими странами, обе стороны поступают недальновидно. Будущей весной он с партнерами по фестивальному делу намерен привезти современные грузинские фильмы в Москву. Может, к тому моменту и «Любовь с акцентом» выйдет в прокат.
А пока Фестиваль кино России и других стран СНГ в Грузии — почти партизанский рейд. Конечно, помогает то, что политика тут не ночевала. Но заговор молчания рано или поздно придется прервать. Ведь речь не о покойнике, а о вполне живых отношениях, где есть не только обиды, но и общая память, нити дружбы и исторические связи, по которым нельзя чикнуть ножиком и ампутировать. Сегодня оценки сдержанны, а о реальной подоплеке говорят с популярным здесь припевом: «Все сложно». Впрочем, многие сложности исчезают, если пользоваться здравым смыслом. Скажем, на логотипе обновленной студии «Грузия-фильм» название будет написано на трех языках — английском, грузинском и русском.
Ирина Любарская
Впали в спячку / Искусство и культура / Художественный дневник / Балет
Выбор первого балета для новехонькой исторической сцены вполне понятен — после сюрпризной оперы «Руслан и Людмила» театру важно было показать нечто привычное, парадно-помпезное, адекватное новоимперскому зданию. Ради этого Большой не постеснялся сделать натяжку — вовсе «Спящая…» не премьера, а перелицовка давнишнего спектакля Юрия Григоровича, сделанного, в свою очередь, по его же предыдущей редакции. Дело поручили 84-летнему автору, но, как всякая перелицовка, и эта оказалась хуже предыдущей, несмотря на богатые вышивки да позументы.
Странную услугу оказали спектаклю сценограф Эцио Фриджерио и художник по костюмам Франка Скуарчапино. Вместо старенькой «одежды сцены», сотворенной художником Симоном Вирсаладзе, у спектакля появилось ну очень богатое оформление. Видимо, оно «съело» весь бюджет, ведь за полтора часа действа его так и не сменили: громадные белые с золотом колонны обрамляли и дворец Принцессы Авроры, и лес, в котором охотился ее жених Принц Дезире, а полом и землей служил нарисованный ковер с золотыми загогулинами. Итальянское барокко вкупе с русской неэкономностью напрочь подавило все тонкие мотивы спектакля, и без того спрямленные режиссурой и хореографией: ни томления чувств будущей пары, ни предчувствия счастья принца, едущего в ладье по лесу... Даже созданные Феей Сирени наваждения смотрятся на этом ковре посреди колонн «чисто конкретно», зато над роскошной залой витает бессмертная и незапланированная тень потемкинской деревни.
Кордебалет не лажал, но и не блистал синхронностью. Толком освоить сцену труппа не успела, а «железная рука Грига» уже не сработала — девочки отвыкли от обращения на повышенных тонах. Глаз спасался на главных героях. Ставшая за мелькнувший год мамой Принцесса Аврора — Светлана Захарова демонстрировала блестящую форму: в танце у нее по-прежнему «ничего личного», но очевиден уверенный балеринский класс — большие позы, роскошная стопа, умение вырулить в пируэт даже при «недокрутке» партнера. Интригой было появление американца Дэвида Холберга, на чьем контракте с Большим еще не высохли чернила. Он оказался безупречен в классическом стиле, заставляя вспомнить подзабытые манеры благородного танца.
Читать дальше
