Андрей Буровский - Холокост. Были и небыли

Финкельштейн приводит еще более вопиющие цифры.

Лоуренс Иглбергер, бывший министр иностранных дел США, получает 300 тысяч долларов в год, а родители Финкельштейна за все свои концлагеря получили 3 тысячи долларов.

Директор центра Визенталя («Диснейленд-Дахау»), этого охотника за нацистами, получает полмиллиона долларов в год.

Финкельштейн полагает, что только 15 % колоссальных денег, полученных от «убийц 6 млн евреев», в конечном счете попали в карманы «неимущих страдальцев», а чаще всего — их наследников. 85 % были потрачены на функционирование и развитие «индустрии Холокоста», громадные гонорары адвокатам, транспортные и представительские расходы или попросту были присвоены тем или другим способом.

Визенталь прямо обвиняет верхушку американской еврейской общины, которая стяжала миллионы и миллиарды на «гешефте Холокоста», в то время как подлинным жертвам нацизма перепадают жалкие крохи.

«Верхушка этой супербогатой, влиятельной, мощной общины качает деньги из швейцарцев, немцев и американцев, правит Америкой и миром, способствует преступлениям против человечности в Израиле, определяет курс доллара и в то же время поддерживает свой имидж несчастных, обиженных, гонимых с помощью одного простого, но эффективного средства — пропагандистской машины Холокоста» — так пишет Норман Финкельштейн.

Финкельштейн доказывает, что до 1967 года никто в мире не интересовался гибелью евреев в дни Второй мировой войны. Менее всех интересовались американские евреи, которые и об Израиле не думали. С 1945 по 1967 год в Америке вышло лишь две книги о гибели евреев, причем и они прошли не замеченными общественностью.

В 1967 году Израиль одержал блестящую победу над своими соседями. Только после этого американские евреи стали раскручивать пропагандистский аппарат Холокоста. С его помощью они защищали и оправдывали нарушения прав человека на оккупированных Израилем территориях. Чем больше палестинцев Газы погибало от израильского оружия, тем громче кричали американские евреи о нацистских газовых камерах.

С тех пор, за полвека, выросло богатство американских евреев и их влияние в госаппарате и прессе США. 30 % самых богатых людей Америки, 30 % министров и банкиров, 20 % профессоров университетов, 50 % ведущих юристов — евреи. Евреям принадлежит около половины всех капиталов Уолл-стрит.

Легенда о вечно гонимом народе и о страшном Холокосте стала необходима — не только для защиты Израиля от осуждения мировой общественностью, но и для защиты еврейских богатеев и олигархов от критики. Стоит сказать слово против еврея-жулика, как принадлежащая евреям пресса срочно вспоминает Освенцим.

Многие израильские публицисты и историки писали, что сионизм использует память жертв нацизма в своих корыстных интересах. Так, известный израильский публицист Ари Шавит писал с горькой иронией (в газете «Гаарец» после убийства 100 беженцев в деревне Кана в Ливане в 1996 году): «Мы можем убивать безнаказанно, потому что на нашей стороне музей Холокоста». Боаз Эврон, Том Сегев и другие израильские авторы предвосхитили многие заявления Финкельштейна.

«С помощью рассказов о Холокосте, — пишет Финкельштейн, — одну из самых сильных в военном смысле держав мира с чудовищными нарушениями прав человека представляют «потенциальной жертвой», а самую преуспевающую в США этническую группу — несчастными беженцами. Статус жертвы дает в первую очередь иммунитет от заслуженной критики».

Еврейские требования компенсаций превратились в рэкет и вымогательство, пишет Финкельштейн.

Пойти против этой системы почти невозможно: такой человек мгновенно выпадает из обычных человеческих отношений. Он лишается работы, его начинают травить как «антисемита» и чуть ли не пособника нацистов.

В США немногие готовы рискнуть. Финкельштейну помогает происхождение: он — сын жертв Холокоста. Вся его семья погибла от рук нацистов, лишь отец и мать прошли через Варшавское гетто, концлагеря, принудительный труд и добрались до берегов Америки. Это придает особый эффект его словам, когда он прямо говорит о тех, кто зарабатывает на крови жертв: «Эксплуатация Холокоста используется для оправдания преступной политики Израиля и американской поддержки израильской политики. Вымогательство денег в европейских странах во имя «нуждающихся жертв» унижает жертвы нацистского геноцида».

Финкельштейн не совсем прав: бизнес на Холокосте делался и до 1967 года. Но, похоже, масштаб и правда был совсем другой.