— Может, махнуть рукой на эти «галеры» и уйти в ту же политику?
— Это важный вопрос для меня. И хотя я сам требую от студентов четко сказать, что они хотят делать через 10 лет, поскольку это очень важный момент для построения карьеры и жизненного роста, у меня на сегодняшний день нет конкретного ответа. В детстве я четко знал: хочу работать на телевидении и вести программу «Время». Мне казалось, что это очень круто, и мои детские фантазии были связаны с дикторшами Центрального телевидения. Получилось не совсем то, но все-таки близко. Сейчас стоит вопрос: что дальше? Думаю, я должен быть более активным и, может быть, организовать какой-то мастер-класс для студентов, передавать опыт — считаю, что это важно, вижу, что уровень образования падает. Кстати, мне из РГГУ перевели гонорар за лекции — 12 тысяч рублей. Не понимаю, как живут преподаватели и сколько часов они должны работать, чтобы выживать? Кроме того, если я о чем-то и думаю, то скорее о переходе в продюсерскую деятельность. Не имею сверхамбициозных планов — идти в политику по примеру некоторых моих знакомых. К слову, после того как Ксению Собчак отстранили от ведения церемонии «Муз-ТВ», мне многие звонили и спрашивали о политике. Но я, когда отказался вести это мероприятие, руководствовался совсем другими мотивами — чисто человеческими. Я дружу с Ксенией и считал, что таким дружеским жестом должен ее поддержать. В целом же считаю, что нужно нести ответственность за то, что я когда-то выбрал журналистику. Я получаю удовольствие от своей работы. Мы одиннадцатый сезон делаем самое популярное шоу в стране, это…
— ...Знак качества?
— Это знак того, что передача успешна. Я знаю отношение публики к программе, ее можно любить или не любить — это уже другой вопрос. Кстати, всем известен пример Опры Уинфри, которая вела свое шоу четверть века. Конечно, ее контракт несколько отличается от моего, но это не самое главное. Я за свою профессиональную деятельность видел немало богатых людей, которые несчастливы тем, что их окружает и как выглядит их жизнь.
— После увиденного в вашей студии не боитесь стать мизантропом?
— Я для себя выбрал такую концепцию: к каждому герою стараюсь относиться как к родственнику. Эта внутренняя позиция помогает мне принимать реальных людей такими, какие они есть. Родственников и родину не выбирают. Как-то так…
Влияйте на нас, влияйте / Дело / Капитал
Влияйте на нас, влияйте
/ Дело / Капитал
«Иностранный капитал все чаще обходит российскую экономику стороной, а тот, что решается остаться, в большинстве своем наш, родной, но осевший за рубежом»
Одним из последних хитов законотворческой деятельности стал закон о наделении статусом «иностранного агента» российских некоммерческих организаций, занимающихся политической деятельностью и получающих финансирование из-за рубежа. Его нарушение влечет за собой административный штраф до миллиона рублей или до четырех лет лишения свободы. Короче говоря, теперь наши НКО сто раз подумают, прежде чем возьмут деньги из-за бугра.
По мнению законодателей, иностранцы слишком активно и настойчиво пытаются влиять на нашу политику и социальную сферу. Чего не скажешь об экономике. Увы и ах, иностранный капитал все чаще обходит ее стороной, а тот, что все-таки решается остаться, в большинстве своем наш, родной, но осевший за рубежом. Может, у нас уже накопилось столько «иностранных агентов», что экономика попросту в них больше не нуждается?
Статистика говорит об обратном — еще как нуждается!
Например, во втором квартале приток прямых иностранных инвестиций в реальный сектор сократился в два раза по сравнению с предыдущим периодом и годом ранее. Причем падение прямых иностранных инвестиций (ПИИ) приобрело устойчиво угрожающий характер. И дело не в кратном падении, а в устойчивости этой тенденции, которая наблюдается уже несколько кварталов подряд.
В последние годы структура ПИИ кардинально изменилась в худшую для экономики сторону.
Теперь менее четверти от всех прямых иностранных инвестиций участвует непосредственно в капитале российских компаний, что в два раза меньше, чем в период инвестиционного бума 2007—2008 годов. А ведь именно от этих денег можно было бы ожидать инноваций, какого-то технологического прорыва, модернизации и так далее.
Так, доля Германии, признанного лидера в области высоких технологий и одновременно главного скупщика российских акций, составила всего лишь 9 процентов от участия всех стран в капитале российских компаний по итогам прошлого года. Зато две трети инвестиций пришли из международных офшорных центров (Нидерланды, Багамы, Сент-Китс, Кипр и другие), в которых прочно осел наш доморощенный капитал. По всей видимости, он и является тем самым «иностранным агентом» в российской экономике. Только толку от него будет даже поменьше, чем от действий пресловутых НКО, — ожидать от этих инвестиций повышения конкурентоспособности особо не стоит.
Читать дальше
