— Ну да, публике интересно вблизи посмотреть на известную медиаперсону.
— От этого никуда не деться! Мы тоже, приезжая за границу и замечая знакомое лицо на афише, думаем: не сходить ли на спектакль? В Лондоне я даже потянулся за кошельком, чтобы купить билеты на постановку с Дэвидом Суше, исполнителем роли Пуаро в одноименном телесериале, но вспомнил, что прилетел в британскую столицу на Олимпиаду, а в гетрах и бутсах в театр не пускают… Да, часть зрителей идет на ведущего «Смака», но я не могу предоставить им того, что они ждут. Дело в ином: зал после антракта почти не пустеет, публики остается приблизительно столько же. Я каждый раз пересчитываю.
— Тем не менее ваш сценический партнер Николай Фоменко ушел из спектакля...
— Зато плотно вошел в мою жизнь. Послушайте, кто озвучивал проморолики Первого канала о «Вечернем Урганте», и все поймете. Я влился в компанию друзей Козака: Михаил Ширвиндт, Денис Евстигнеев, Игорь Золотовицкий… Они радушно меня приняли.
— Но вы там меньшой.
— В смысле: «Кто пойдет за алкоголем?» У нас так вопрос не ставится. Ребята вполне резвые, сами справляются. В конце концов, у меня есть друзья и постарше. Например, Владимир Владимирович. Познер, разумеется. Тот еще зубр… Что касается кино, регулярно отказываюсь от предложений, поступающих мне, как и любому другому лицу из телевизора. Да и к ролям, в которых снялся, отношусь без особого трепета. Точнее, процесс мне нравится гораздо больше, чем результат. Может, когда-нибудь попробую себя в режиссуре или продюсировании, хотя отпугивает рутина. Люблю, чтобы все быстро происходило: раз — и уже на экране. В отличие от ТВ кинопроцесс более длительный, и тут мне пока нечем похвастаться.
— Но за «Высоцкого» вас даже каким-то призом наградили.
— Не пытайтесь вогнать в краску… Правда, этим летом я вынужденно ответил нет на очень лестное приглашение.
— Неужели Голливуд?
— Круче! Киностудия Довженко… И режиссер замечательный, с удовольствием поработал бы с ним, и роль интересная, и проект многообещающий, но приходится чем-то жертвовать. Увы, не хватает времени.
— Для пения под гитару в клубах его находите?
— По-моему, вы меня с кем-то путаете.
— Я об удивительно похожем на вас человеке с усами. Его афишами вся Москва обклеена.
— Возмутительная ситуация! Уже устал отвечать на звонки знакомых, мол, не ты ли на плакатах? Нашли двойника, дали ему мою фамилию… Ладно мою! Народной артистки Нины Ургант, снимавшейся в фильме «Белорусский вокзал»! У людей не осталось ничего святого. Это выходит за рамки добра и зла! Пожинаю плоды собственной беспечности. Надо было идти в Авторское общество к Владимиру Матецкому и регистрировать права на использование слова «Ургант».
— И что теперь?
— Хоть слезоточивым газом трави наглую рожу, которая так похожа на мою! Лишь бы активность этого Гриши Урганта не прогрессировала.
— Огорчу вас: он записал дебютный альбом в Америке, вознамерился дать сольный концерт в Москве.
— А вы и вам подобные потакаете ему, следите, как зараза расползается по стране. Наверное, и на шоу в конце сентября пойдете?
— Давайте еще назовем, где оно состоится и сколько стоят билеты.
— Меня такие вопросы абсолютно не волнуют. У меня этот вечер давно занят.
— Между тем, Иван, вы только даете интервью «Итогам», а Гриша уже красуется на обложке модного музыкального журнала.
— Слышать о нем не хочу. Прекратите надо мной издеваться!
— Знаете, что сказал бы сейчас Станиславский?
— Ваше право: не хотите — не верьте. Мне добавить нечего.
— И от участия в ресторанном бизнесе станете отнекиваться?
— Ну почему? Другое дело, звучит слишком громко: бизнес! Мы с Александром Цекало пытаемся своими именами привлечь посетителей в одно из заведений общепита в центре Москвы, не более. Приятный бонус.
— А на сайте написано, что Иван Ургант периодически будет баловать гостей блюдами собственного приготовления.
— Случалось пару раз. Но не уверен, что все клиенты так уж жаждут, чтобы я готовил для них. Когда начинаешь жарить и шкварить в промышленных количествах, у едоков притупляется чувство вкуса, а у стоящего у плиты — чувство меры. Хотя готовить очень люблю, иначе столько лет не вел бы программу «Смак».
— Вы в ней остаетесь?
— Ну-у-у… Вопрос открытый. Пока снимаюсь, о будущем говорить сложно. В «Большой разнице» останусь в качестве ведущего фестиваля, программу ждет переформатирование, хотя на эту тему лучше побеседовать с ее продюсером Цекало. Ситуация с «Прожекторперисхилтон» тоже подвижная. Все-таки четыре года — это немало. К тому же мы работаем на разных каналах, у каждого масса других дел, от которых никто не собирается отказываться. Но, подчеркну, все мы страстно любим программу и хотим, чтобы она продолжалась.
Читать дальше
