Привязанное к площади сельхозугодий и даже единице произведенной продукции субсидирование дает аграриям неправильные рыночные сигналы. В случае растениеводов значительная роль минимальной, гарантированной ставки стимулирует аграриев приобретать больше земель и вести экстенсивное производство, хотя для нашей страны актуальна противоположная задача — наращивание урожайности. Кроме того, погектарные субсидии никоим образом не стимулируют повышение конкурентоспособности и снижение издержек. Еще более деструктивно поголовные или покилограммные субсидии могут воздействовать на животноводство. «Больше всего плачутся о своей тяжелой доле и чаще всех требуют выделять деньги пропорционально производству свиноводы, — рассказывает известный эксперт в области мясной индустрии. — Правда, у входа в места, где случаются их “тусовки”, я никогда машины дешевле ста тысяч долларов не видел. Значительные “поголовные” субсидии если что и простимулируют, так только то, что в тушках будет больше дешевого сала вместо мяса».
Письмо Министерства сельского хозяйства Российской Федерации
График 1
Структура господдержки сельского хозяйства меняется не принципиально
График 2
Министерство сельского хозяйства придумало как привести все культуры к одной
Евгений Огородников
Чтобы прекратились тотальные неплатежи и вывод денег, вся система сбыта в электроэнергетике должна быть устроена по-другому. Пора сделать шаг к настоящей конкуренции
Рисунок: Валерий Эдельштайн
Президент РФ Владимир Путинв феврале лично пообещал разобраться в скандальной ситуации с задолженностью компании «Энергострим». «Вы ждали, пока они наворуют миллиарды, а потом начали принимать решения. А нельзя это было раньше сделать? — раздраженно спросил президент главу МВД Владимира Колокольцева. — Там уже, по-моему, семь уголовных дел возбуждено, менеджмент где-то бегает, никак его поймать не могут!» «Энергострим» сейчас — одна из основных (но не единственная) причин критического положения с деньгами в энергетике. На 1 января 2013 года российские сбытовые компании накопили долгов перед генерацией на 58,3 млрд рублей и еще 9,5 млрд рублей задолжали сетям. Около 48 млрд рублей — «вклад» компаний группы «Энергострим» и Северного Кавказа, причем на Кавказе ситуация сложилась даже хуже, чем в регионах, где хозяйничал «Энергострим» (см. график).
Падение «Энергострима»
Владимир Путин первый раз обратил внимание на «Энергострим» год назад на заседании на Саяно-Шушенской ГЭС. «Всего по сделкам о приобретении энергетических активов в адрес зарубежных офшоров по внешне легальным основаниям переведено свыше 25 миллиардов рублей. Речь идет о компании “Энергострим”», — сказал тогда президент.
На тот момент группа «Энергострим» была одним из крупнейших частных сбытовых холдингов страны. Она контролировала 12% сбыта электроэнергии в России, ее компании были гарантирующими поставщиками (гарантирующий поставщик — предприятие, которое продает энергию всем обратившимся к нему, обычно это крупнейший продавец электроэнергии в регионе) в 16 регионах и получали совокупную выручку около 170 млрд рублей в год.
Если оставить в стороне серые схемы вывода денег в офшоры, захват собственности и циничный обход норм российского законодательства — а всем этим «Энергострим» с удовольствием занимался, — то выяснится, что причина и быстрого роста группы, и ее падения в сверхагрессивной экспансии. Такая экспансия — дело затратное. Необходимых денег у учредителей «Энергострима» Юрия Желябовскогои Андрея Шандаловане было, поэтому средства они брали у сбытовых компаний. Приход «Энергострима» в регион означал: сбыт, контролирующий 65–85% местного рынка электроэнергии, тут же направит все свои свободные деньги массе фирм-«присосок», оплачивая ненужные услуги или покупая активы по завышенным ценам. Когда собственные деньги заканчивались, сбыт брал займы у банков (те их охотно выдавали, видя выручку заемщика), а также увеличивал сроки платежей сетям и генерации. Полученные таким образом средства направлялись в офшоры, а оттуда шли на поглощение новых сбытов.
При этом даже накопленная на сегодня задолженность в 47–48 млрд рублей для всей группы, учитывая масштабы ее деятельности, не была критичной. «Энегострим» мог бы ее обслуживать, реструктурируя займы, и при желании выбрался бы из долговой ямы. Однако тут возникли новые обстоятельства, которые и свалили выстроенную группой пирамиду. Во-первых, в 2011 году правительство подписало ряд постановлений, которые лишили сектор 100 млрд рублей доходов: маржинальность бизнеса энергосбытов резко снизилась. Во-вторых, прошлогодняя критика президента заставила банкиров пересмотреть политику выдачи кредитов сбытам «Энергострима». В-третьих, в группе разгорелся конфликт: Юрий Желябовский, возглавлявший «Энергострим», поссорился с другими мажоритарными акционерами — семьей Шандаловых. Все это произошло на фоне растущего интереса к деятельности компании со стороны правоохранителей и хронического конфликта с миноритарными акционерами сбытов. «Энергострим» зашатало. Банки начали закрывать кредитные лимиты.
Читать дальше
