Такой эмоциональный подход малопродуктивен, полагает Кристоф Зайдлер из Spiegel. «В Германии вообще популярен такой ход мысли: мол, стройте что угодно где угодно, но только не рядом со мной. Это касается не только добычи угля, но и установки ветряных генераторов и особенно — мест захоронения отработанного ядерного топлива. Но нельзя забывать, что Германия — это страна, зависящая от ресурсов. И если мы не будем добывать их у себя, то их будут добывать где-то еще. И мы будем зависимы от внешних партнеров. Более того, добыча ресурсов в странах третьего мира сопряжена с колоссальным ущербом для мировой экологии. Подумайте о разливах нефти в Нигерии или об уничтожаемой тундре в России. Я заметил интересную вещь: в регионах, где раньше уже велась добыча ресурсов, люди более спокойно смотрят на возобновление добычи. Потому что люди там знают, что добыча ресурсов, конечно, может быть связана с неприятными побочными эффектами, но с ними можно жить: мой отец работал на шахте, дед работал на шахте, ничего совсем страшного в этом нет», — рассказывает журналист.
Зависимость Германии от импорта ресурсов долгие годы была одной из самых болезненных для немцев тем. Поставки зарубежного сырья были и остаются критическими для важнейших отраслей немецкой экономики, в первую очередь для ресурсоемкого машиностроения, определяющего структуру немецкого экспорта, а также для энергетики. Именно поэтому возможность хоть немного уменьшить эту зависимость будет получать всевозможную поддержку со стороны федеральных немецких властей. «Можно с уверенностью сказать, что добыча ресурсов в Германии не заменит импорт. Однако важно, что, во-первых, добыча сама по себе является миллионным и даже миллиардным, если речь идет, например, о меди в Лаузице, бизнесе, — рассуждает Кристоф Зайдлер. — А во-вторых, имея собственную добычу, пусть и ограниченную, страна улучшает свои переговорные позиции со странами-экспортерами».
Шенкендёберн—Берлин
График 1
Большинство доказанных запасов нефти Германии расположено в трех федеральных землях
График 2
Разведанных запасов нефти и газа при нынешних темпах добычи Германии хватит не более чем на 10-12 лет
График 3
Главный добываемы в Германии минерал - песок
Кто владеет портом Ванино
Денис Панасюк, частный инвестор
После продажи на аукционе 73% Ванинского порта пакет был разбит между тремя офшорами. Самой адекватной выглядит версия, что их бенефициар — Игорь Зюзин и структуры, чьи интересы он представляет
«Я помню тот Ванинский порт и шум парохода угрюмый, как шли мы с этапа на борт в холодные мрачные трюмы» (из песни «Ванинский порт»)
Фото: РИА Новости
Многие помнят, как в 2011 году по поручению президента Дмитрия МедведеваГенпрокуратура и Счетная палата долго и активно искали владельцев аэропорта Домодедово. В конце концов Генрокуратура установила, что «управление аэропортовым комплексом “Домодедово” осуществляется иностранными компаниями, зарегистрированными в офшорных зонах». А Счетная палата выявила «нарушения <���…> процедуры приватизации федеральной собственности в аэропортах федерального значения, в результате которых собственником 322 объектов недвижимости аэропорта Домодедово (включая аэровокзал и топливозаправочный комплекс) стала компания “Асьенда Инвестментс Лимитед” (Республика Кипр)». Таким образом, стало известно, что крупнейший аэропорт России принадлежит офшорам, и даже Генпрокуратура и Счетная палата не могут установить их реальных бенефициаров.
На днях аналогичная ситуация произошла с одним из крупнейших портов Дальнего Востока России — Ванино. До декабря прошлого года им владело государство, а теперь — три неизвестных офшора. В отличие от Домодедово настоящих владельцев пока не ищут.
Интрига первая: кто стоял за победителем первого аукциона
Официальная борьба за контроль над портом Ванино продолжается как минимум два года. Тогда 73,33% голосующих акций принадлежало государству, 21,64% — структурам Олега Дерипаски, а 5,03% — остальным миноритариям. Государство решило продать свой пакет на открытом аукционе. Стартовая цена составляла 934 млн рублей, задаток за участие — 93,4 млн рублей.
Госпакет вызвал бешеный интерес — заявки подали 13 претендентов. Победителем аукциона, прошедшего 19 мая 2011 года, была объявлена малоизвестная компания «Сэлтехстрой», предложившая 10,824 млрд рублей. Выяснилось, что когда-то «Сэлтехстрой» принадлежал Олегу Митволю, а перед аукционом был продан Ивану Микояну. Так как «Сэлтехстрой» не является офшором, выяснить, кто им реально владеет, хватило одного дня. Но прошел месяц, а «Сэлтехстрой» так и не оплатил покупку, поэтому сделку расторгли, а задаток ушел в госказну. Потом Росимущество пыталось взыскать с «Сэлтехстроя» еще штраф и неустойку. Но пока они с переменным успехом судились друг с другом, в сентябре 2012 года в «Сэлтехстрое» ввели процедуру банкротства — наблюдение.
Читать дальше
