Тут можно долго рядить, по какой причине это все происходит. И у каждого будет свой ответ. Мой заключается в том, что сейчас на авансцену вышло поколение — мое поколение — людей, чье формирование пришлось на окончательный слом системы образования и способов функционирования официальных и неофициальных табелей о рангах. Мы публика полуобразованная, самопровозглашенные постмодернисты и могильщики иерархий, агитпропа и рутины советских оперных подмостков. Я не буду говорить, что таковы все, — но таких достаточно много для того, чтобы сформировать однородную среду. В которой слова «филолог», «литературный критик» и «музыкальный критик» из профессии превращаются в эзотерические титулы, достаточно громкие для того, чтобы под их эгидой дамская графомания попадала в финал центральной литературной премии. Потому что когда внятных критериев нет, то действует принцип «чтобы лох оцепенел». Вот он и цепенеет от слова «филолог». Ту иронию, что магическое обаяние слова «филолог» берется исключительно из фантомной памяти о тех иерархиях, в которых оно действительно что-то значило и которые именно поэтому мое поколение и поломало, — уже не замечает никто.
Елена Стафьева
Президент компании Officine Panerai о связи часов и лодок, важности эмоций и значении тактильных ощущений
Анджело Бонатти на палубе Eilean во время регаты Panerai
Когда в 1993 году Анджело Бонатизанялся реорганизацией маленькой флорентийской часовой мануфактуры Officine Panerai, у него не было ничего, кроме одних часов и фотографии легендарной личности, командира итальянских подрывников-подводников времен Второй мировой войны князя Джунио Валерио Боргезе, который носил историческую модель Panerai Radiomir. Именно для его X-флотилии военное министерство Италии в 1935 году и заказало часы у Panerai, и первая модель Radiomir появилась в 1936-м. А в 1993-м сеньор Бонати сделал из этого набора фактов один из самых выдающихся мифов в истории современной часовой индустрии. Его сила создала мощный источник эмоций, объединила сотни тысяч людей по всему миру в сообщество paneristi, она служит самым действенным маркетинговым механизмом и неуклонно повышает продажи Panerai. Уникальная история марки, которая имеет всего две исторические модели, Radiomir и Luminor, и многочисленные их вариации; которая строго выдерживает чистоту своего мужественного морского стиля, прячет турбийон, не использует бриллианты, не опускается ниже диаметра 40 мм и принципиально не делает женские часы, давно уже вошла во все курсы люксового маркетинга. Как и выдающаяся карьера ее президента. Кроме того, компания Panerai организовала и каждый год проводит одну из самых главных регат классических и винтажных яхт Panerai Classic Yachts Challenge. Сам сеньор Бонати ровно такой, каким и представляешь себе идеального воротилу бизнеса по итальянским фильмам 1970–1980-х, — очаровательный, вальяжный и ироничный, любящий метафоры и яркие сравнения.
— Что вы любите больше — лодки или часы?
— Вы не должны меня спрашивать об этом!
— Почему?
— Если бы у вас было два сердца и вас бы спросили: в какое из них выстрелить? Я не могу лишиться ни одного своего сердца. Конечно, часы — это моя жизнь, но то, что приносит мне удовольствие, — это лодки. Я понял, что нужен компромисс, и сделал часть удовольствия работой. Вот почему мы купили Eilean. Я счастливый человек, потому что лодки стали частью коммуникации Panerai. Я очень страстно отношусь к часам и так же страстно — к морю.
— Понятно, что только человек, страстно увлеченный морем и лодками, может создать такую регату. Почему вы решили делать это?
— Это просто. Восемь лет назад мы искали какой-то спортивный элемент для продвижения бренда. И у нас не было особенного выбора, потому что Panerai связан с морем и нужно было делать что-то морское. Что вы можете делать на море? Можете погрузиться вглубь — но это делают все; можете остаться на поверхности и использовать моторные лодки, но мотор — это, скажем так, не очень позитивно, потому что это выхлопы, это загрязнение окружающей среды, и мы не хотели делать все это частью нашей коммуникации. Остается парус — он может быть современным или классическим. Мы выбрали классический, потому что каждая винтажная лодка уникальна, они вдохновляют людей. Когда вы стоите перед винтажной лодкой, вы ощущаете приключения, драйв. А когда перед современной, вы думаете: «О’кей, регата, соревнование…», но вы не чувствуете никакого приключения. Вот почему мы выбрали классический парус. Мне повезло, я увидел эту возможность быстрее других, ее подсказала моя страсть к лодкам.
Читать дальше
