— У вас интересная карьера. В 1990- е вы создали успешный бизнес, затем работали в правительстве, Госдуме, занимались партийным строительством и избирательными технологиями, руководили центральным исполнительным комитетом и фракцией « Единой России». И вот теперь претендуете на пост губернатора Подмосковья, такой непростой области. Должность регионального чиновника самого высокого ранга подразумевает новый уровень компетенций. Для вас это очередной карьерный вызов?
— Читатели «Эксперта» должны хорошо понимать, что ключевую роль здесь играет менеджмент. Конечно, государственный менеджмент отличается от управления в частной структуре, но принципы и подходы остаются едиными. Тот, кто их освоил, может управлять разными системами, от самых простых, например булочной, до сложных сетевых. Так что мой практический опыт в бизнесе — строительство завода, открытие подразделений, создание команды, целей, планирование и создание репутации — мало отличается от того, чем я занимался в партии семь лет, руководя большой разветвленной системой.
— Получается, большой разницы между руководством крупной компанией и регионом нет?
— Я считаю, что государственное управление гораздо сложнее, чем управление в бизнесе. В бизнесе ты полноправный хозяин и можешь принимать любые решения. А в демократическом государстве ты должен удовлетворять запросы граждан. Здесь особое значение имеет как коммуникация, так и принятие решений. Решение, которое можно принять в бизнесе, для государственного управления может оказаться крахом.
— По вашему предложению были объединены должности губернатора и председателя правительства Подмосковья. При этом глава региона определяет и структуру правительства, что раньше было прерогативой Московской областной думы. Такая централизация власти объясняется желанием быть, как в бизнесе, полноправным хозяином области?
— Прежде чем объединить эти должности, я изучил опыт других губернаторов. И на каком-то следующем этапе я, может быть, вновь передам функции главы правительства подготовленному человеку. Но в начале пути я должен погрузиться в процесс, разобраться в деталях, стать мастером своего дела, как некоторые наши губернаторы. Иначе могут обвести вокруг пальца. Это необходимый этап, который я надеюсь пройти.
— Вы почти ежедневно выезжаете на места, много общаетесь с людьми. Главы некоторых муниципалитетов говорят, что и не помнят, когда в последний раз видели губернатора. Такой стиль руководства — « ручное управление» всеми процессами в области — часть вашей предвыборной агитации или сознательный выбор?
— Это просто знакомство с территорией. И после 8 сентября мой график вряд ли существенно изменится. В нашем разговоре сейчас мы невольно коснулись качества власти. Какую власть ты хочешь у себя во дворе, в микрорайоне, городе, поселке? Ту, что может решать твои злободневные проблемы — со школой, с садиком, скамейкой во дворе. Запрос жителей — единственное руководство к действию. Это и есть современное качество власти. На мой взгляд, было бы фатальной ошибкой отстраниться от регулярных встреч и общения с жителями. Это сложная история и всегда сложный разговор. Потому что человек так устроен, что запросов гораздо больше, чем возможностей.
— И чем обычно заканчиваются такие сложные разговоры? Когда возможностей не хватает на все запросы?
— Недавно я был в Орехово-Зуеве, и за полтора часа мы с его жителями наговорили на десять миллиардов рублей. Я говорю им: «У меня нет десяти миллиардов. Как мне вам помочь?» Они ответили очень просто: давайте вместе работать и поэтапно решать проблемы, в первую очередь самые острые. Из восьми просьб самая больная — это снос туберкулезного диспансера в центре города. И ты должен это сделать. Потому что самое трудное — приехать во второй раз. В третий раз приехать еще труднее. Поэтому с одной стороны «ручное управление», а с другой — современное управление, качество власти. Более того, я абсолютно уверен, что ровно таким же образом должны руководить поселковые и сельские главы. У меня был разговор с одним главой. Он говорит: а чего я буду с ними встречаться, у меня же денег нет. Он управляет районом уже больше двадцати пяти лет и не встречается с людьми. У них крик души — а их не слышат. При этом он ездит на иномарке, у него дорогой галстук. Так возникает протест, потому что это несправедливо. Да, запросы у людей всегда выше наших возможностей, а общаться с ними не всегда просто, но избегать этого нельзя ни в коем случае.
Читать дальше
