Несмотря на колоссальные российские вливания, Южная Осетия до сих пор не восстановлена
Фото: ИТАР-ТАСС
Однако обе республики до сих пор в значительной степени зависят от российской помощи. Южная Осетия — практически на 100% (4,23 млрд из 4,73 млрд рублей, заложенных в бюджет), Абхазия — примерно на 40% (почти 2 млрд из 5 млрд бюджета на 2013 год).
Ряд политологов утверждают, что причина бедственного положения — коррупция в национальных элитах. Это частично признают и представители самих элит. «Восстановление проходило без четкой программы, без проектно-сметной документации на восстанавливаемые объекты и объекты нового строительства, поэтому сегодня трудно определить, что уже сделано и что еще нужно сделать», — говорит президент Южной Осетии Леонид Тибилов. По его словам, с апреля 2012 года (именно тогда Тибилов пришел к власти) возбуждено 64 уголовных дела. Однако президент подчеркивает, что половина из них передана Генеральной прокуратуре России, поскольку виновные в растратах находятся по российскую сторону границы.
Абхазские и южноосетинские экономисты утверждают, что российские бюрократические круги не только «пилят» выделяемые республикам средства. Якобы они намеренно выделяют деньги лишь на социальные проекты и выплаты, игнорируя долгосрочные вложения в инфраструктуру и производственные мощности. Отчасти в этом, считают абхазцы и осетины, виновато чиновничье мышление. «Бюрократическое сознание определенных московских групп работает так: если нельзя что-то отбить быстро, то и не нужно на это тратиться», — говорит один из экспертов. Есть и другая версия: Москва намеренно не вкладывается в производственный сектор в обеих республиках для того, чтобы обе они оставались в полной зависимости от российских денег.
Впрочем, версий для оправдания своего паразитирования на российском бюджете (не исключено, правда, что взаимовыгодного) у абхазцев и осетин может быть много. В любом случае очевидно, что без российских вливаний Южная Осетия и Абхазия по-прежнему нежизнеспособны. По словам лидера абхазской оппозиции Рауля Хаджимбы, безработица в Абхазии все еще 70-процентная. А это приводит к серьезному росту уличной преступности и снижению привлекательности Абхазии как туристического центра.
Проблемный Алик
Политическая ситуация в анклавах еще сложнее. Южную Осетию здесь рассматривать вовсе не стоит — трудно говорить о политическом будущем государства, все лидеры которого выступают за скорейшее вхождение в состав России. В Абхазии же упор России на стабильность привел лишь к дестабилизации ситуации.
Эту дестабилизацию связывают с приходом к власти в 2011 году полностью поддерживаемого Москвой Александра Анкваба. По мнению некоторых политологов, эта дестабилизация была связана с попыткой Анкваба навести элементарный порядок в стране. «Анкваб, имея широкую поддержку населения, счел возможным не делиться с радикальной оппозицией, которая весьма немногочисленна, однако за время своего господства c 1990-х и вплоть до 2005 года уже привыкла иметь долю во власти и теперь готова требовать ее даже с оружием в руках», — говорит абхазский аналитик Спартак Жидков. Однако есть и другая точка зрения. «Два этих года он строил все подряд: школы, больницы, стадионы, даже дорогу и высоковольтную ЛЭП к отданному в аренду СухумГЭС подвел, но только не государство», — пишет абхазский политолог Инал Хашиг. По мнению противников президента, Железный Алик, как его называют в Абхазии, взял курс на укрепление в стране авторитарной системы. Какая бы из версий ни была верна, результат один: Анкваб умудрился испортить отношения как с абхазскими кланами, так и с общественными организациями. В этом году в стране начали проходить масштабные акции протеста, и дошло до того, что 12 июня проправительственная партия «Единая Абхазия» (в простонародье именуемая «ЕдА») объявила о переходе в оппозицию. От «ЕдА» было всего три депутата в парламенте, однако в партии состояло абсолютное большинство всех чиновников страны. Те из них, кто остался лояльным Анквабу, тут же написали заявление о выходе из партии, однако часть осталась. Вряд ли, конечно, страну ожидает государственный переворот. «Даже радикальная оппозиция в Абхазии понимает, что альтернативы демократическим выборам просто нет… Если Хаджимба или любой другой лидер оппозиции захватит власть, кто защитит его самого от нового переворота? Ведь население Абхазии вооружено, у сторонников Анкваба стволов ничуть не меньше. Если законный глава государства хоть раз уступит силе, то президенты в Абхазии начнут свергаться каждые два-три месяца», — поясняет Спартак Жидков. Однако говорить о поступательном развитии в такой ситуации тоже нельзя.
Читать дальше
