На протяжении многих лет господдержка неимущих осуществлялась через систему CSSA (Comprehensive Social Security Assistance), однако ее возможностей было явно недостаточно. В 2011 году гонконгские власти воссоздали Комиссию по борьбе с бедностью, в ведении которой оказался Social Innovation and Entrepreneurship Fund размером в 60 млн долларов США. Впрочем, на июль 2013 года средства из этого фонда так и не были выделены, а о самих принципах его работы сегодня спорят эксперты.
Фактор недвижимости
Понятно, правда, что одними субсидиями со стороны государства быстро исправить ситуацию не получится. Основная структурная проблема гонконгской бедности связана с местным рынком недвижимости, рост цен на котором лишает возможности купить или снять нормальное жилье. В начале 1990-х гонконгские власти предполагали, что к 2007 году доля квартировладельцев в городе достигнет 70%. В реальности, по данным на 2010 год, этот показатель составлял лишь 54%. Весной «Эксперт» подробно писал об особенностях гонконгского рынка недвижимости (см. «Эксперт» № 49 за 2012 год «Пузырь для семи миллионов»), поэтому не будем углубляться в тему сейчас.
Важно отметить, что речь идет не только о жилье, но и об офисах или торговых помещениях. Установив минимальную заработную плату, гонконгские власти заказали исследование, чтобы выяснить, как ее введение сказалось на деятельности малого бизнеса в городе. Выяснилось, что большая часть предпринимателей этого просто не заметили на фоне 30-процентного роста арендных ставок.
«На 20 процентов беднейших гонконгцев приходится лишь 6 процентов от общего дохода города, при этом верхние 20 процентов забирают себе 43 процента» — таковы данные опроса, проведенного Ipsos Media Atlas. Что делать с этим, не очень понятно, левые идеи искусственного перераспределения доходов вряд ли будут поддержаны в городе, чье благосостояние построено на свободе предпринимательства. В прошлом году после раскрутки американского Occupy Wallstreet движение Occupy Central несколько месяцев продержало палаточный лагерь на открытой площадке у штаб-квартиры банка HSBC, пока банк не выиграл у антиглобалистов в суде, доказав, что постоянная акция протеста мешает его бизнесу. Лагерь снесли за одну ночь при полном равнодушии абсолютного большинства гонконгцев.
Гонконг
График 1
Неравенство в Гонконге нарастает
График 2
Гонконг - один из лидеров по экономическому неравенству среди стран АТР
Хандруев Александр, глава консалтинговой группы БФИ, в 1992–1998 годах — заместитель, первый заме- ститель, временно исполняющий обязанности председателя Банка России
Выбор модели и темпов создания мегарегулятора в России в значительной степени определялся политической необходимостью, а не соображениями эффективности регулирования финансового сектора и снижения системных рисков
Рисунок: Игорь Шапошников
1 сентября отечественный финансовый сектор ждут серьезные изменения. Центральный банк расширяет свои полномочия, становясь интегрированным финансовым регулятором (ИФР), или, если пользоваться более распространенным, хотя и менее точным термином, мегарегулятором. Федеральная служба по финансовым рынкам (ФСФР) преобразуется во внутреннюю структуру Банка России, за которым закрепляются все, за небольшим исключением, функции регулирования и надзора в сфере финансового посредничества. Отечественному финансовому сектору предстоит серьезная институциональная реформа, а регуляторам — тест на эффективность выбранной модели.
Отношение профессионального сообщества к созданию ИФР в рамках Банка России оказалось настороженным и далеко не однозначным. Подготовка этого решения, хотя и не была келейной (оно обсуждалось на заседании Открытого правительства в ноябре 2012 года, на слушаниях в Совете Федерации в апреле 2013-го), проходила под жестким административным контролем. На эту тему не проводилось ни круглых столов, ни пресс-конференций. На банковском и международном экономическом форумах в Санкт-Петербурге в июне 2013 года по вопросам создания ИФР не было сделано ни одного доклада на пленарных и секционных заседаниях. И хотя Минфин еще в марте разместил на своем сайте соответствующий законопроект, его появление не вызвало не только потока, но даже и ручейка экспертных заключений и публикаций.
Что же касается оценок специалистов, выраженных в немногочисленных статьях, то они разделились: одни увидели опасность появления неэффективного, раздираемого внутренними противоречиями регулятивного института (см., например, материал Юрия Данилова «Остановить монстра!» в № 46 «Эксперта» за 2012 год), другие — наиболее приемлемую в конкретно-исторических условиях России опцию институциональной реформы регулирования в сфере финансового посредничества. Но все сходились в том, что перемены в области надзора на рынке финансовых услуг назрели. Различия в подходах касались целесообразности выбора именно этого варианта и оценок последствий уже принятого решения.
Читать дальше
