Пьер де Вильмаре - Досье Сарагоса

(Питер Сихель (или Сихел, в некоторых отечественных источниках также «Сайчел»), он же Петер Зихель, немецкий еврей, сбежавший от нацизма в США и работавший в УСС и ЦРУ, стал впоследствии крупным виноторговцем. — прим. перев.)

Когда в 1954 году Отто Йон уходит на Восток и в ходе театральной пресс-конференции, устроенной Советами, заявляет, что он «в ужасе» обнаружил, что правительство Аденауэра наполнено бывшими нацистами, то это дело вскоре заминают. Мюллера тогда не было в зале. Он бы громко смеялся, зная о количестве высокопоставленных нацистов, которые приступили к активной работе в обеих Германиях…

С другой стороны в Бельгии, в Люксембурге и во Франции снова выходили из тени уцелевшие члены сетей «Красного оркестра». Перешедшие на сторону СССР в 1944–1945 годах Граф, бывший глава СД в Льеже во время оккупации, и Маркс, несмотря на свою фамилию, начальник Гестапо в Брюсселе, в то время особенно защищали в Европе болгарское ответвление советских сетей. По поручительству Мюллера они реактивировали многих из них после 1946 года. Так, например, Софи Фар, которая два года спустя спокойно жила в Париже у ее по-други Ольги Хесс, на улице Лористон, дом 207. Тот же Альбер Бюидан, пропавший без вести после его неприятностей в 1947 году, но снова появившийся в 1950 году в своей парижской квартире по адресу улица лорда Байрона, 11-б. Он якобы занимался развитием телевидения. Через него можно было выйти на фирму «Sofimex», а уже через нее на семь или восемь торговых фирм, создан-ных в Европе. Все они служили прикрытием для агентов, либо напрямую управляемых КГБ, либо тех, кем манипулировала команда Мюллера и Раттенхубера.

Их деятельность тогда была обнаружена автором, но только десятью годами позже различные следы и несколько документов привели к этой команде, а не только к аппарату советской разведки.

Одним из наиболее красивых успехов этого восточногерманского тандема — о котором, однако, никогда не говорил Маркус Вольф — было, без сомнения, про-никновение его с 1947 по 1951 год в разведывательную службу Райнхарда Ге-лена, когда его организация стала Федеральной разведывательной службой (BND), под опекой правительства Бонна и с поручительством западных союзни-ков.

Либо как «беглецы» из советских лагерей, либо как освобожденные и отослан-ные на Запад, так как Холодная война, несмотря на спорадические вспышки, немного стихала, десяток бывших высших офицеров Абвера, СД, Гестапо суме-ли, ручаясь один за другого, закрепиться в службах безопасности Бонна.

Вашингтон и Лондон испытывали жажду по информации о Советском Союзе, его структурах, и о странах, ставших советскими сателлитами. Тут-то и появились специалисты в данном вопросе: Ганс Клеменс, Вилли Крихбаум, и другие истинные эсесовцы. И лишь намного позже обнаружится, что их нацизм скрывал их работу для Гестапо-Мюллера или для «советских» немцев в берлинском Карлсхорсте.

В 1955 году в своем огромном великодушии Москва отправляет в Западную Германию примерно тысячу военнопленных, в знак благодарности канцлеру Аденауэру за установление дипломатических отношений с СССР. Следовало бы предположить, что западногерманская контрразведка заинтересуется не одним из них, особенно, когда речь идет о таких бывших специалистах как Фридрих Панцингер или Хайнц Паннвиц, ключевых фигурах знаменитой зондеркоманды, занимавшейся «Красным оркестром».

Старый компаньон Мюллера с 1919 года, Панцингер, бывший начальник Гестапо Берлина, был также его ближайшим помощником до начала 1944 года в руко-водстве перевербованными советскими агентами или теми, кто выдавал себя за таковых. Однако Панцингер никого не интересует, хотя он был кем-то вроде почетного пленника, консультировавшего время от времени людей генерала Абакумова. И вскоре после его возвращения он появляется в кулуарах БНД. Именно Хайнц Фельфе, бывший сотрудник Генриха Гиммлера, ввел его туда. Ведомство по охране конституции и пальцем не шевелит. Полковник Отто Ваг-нер, иногда консультировавший Райнхарда Гелена, напрасно удивляется роли Фельфе, возглавившего отдел III F (контрразведка БНД), и присутствию Пан-цингера. В его глазах, они, само собой разумеется, двойные агенты.

Но Фельфе был разоблачен как советский агент только через шесть лет. Он связывался с Востоком чаще всего с помощью тайника, расположенного, как бы случайно, неподалеку от Брюнна.

(Фельфе был арестован в 1961 году и в 1963 году приговорен к четырнадцати годам тюрьмы. В 1967 году он был освобожден и уехал на Восток. Он всегда, даже после объединения Германии, с гордостью говорил о своей работе на Советы. Боннское прави-тельство всегда преуменьшало масштаб его измены. — прим. автора. (Фельфе был осво-божден не в 1967, а в 1969 году в ходе «обмена шпионами». — прим. перев.))