Что касается Сибири, то стоит задача усиления связей между ее северной экономикой, занимающейся добычей природных ресурсов, и южной, с доминантами оборонно-промышленного и аграрно-промышленного комплексов. Необходимо создать определенные организационно-экономические условия, которые заставят нефтегазовый бизнес и местных поставщиков и подрядчиков активно взаимодействовать друг с другом.
— При освоении Западно-Сибирской нефтяной провинции мультипликатор внутренний был выше, по вашим ощущениям?
— Однозначно выше. Месторождения разбуривались преимущественно на отечественном оборудовании. Более того, будучи в условиях холодной войны в технологической изоляции от внешнего мира, СССР реализовал целый ряд уникальных технических решений. Самый растиражированный пример — система БЭСМ, больших электронных счетных машин. Это были совершенно уникальные прорывные технологии оригинального подхода, не получившие дальнейшего развития. А в нефтяной отрасли мы первыми придумали и освоили турбинное бурение. В отличие от роторного бурения, когда вращается колонна, здесь колонна мало вращается, а вращается турбинка снизу. Почему это было сделано? Потому что у нас не хватало высоколегированных, прочных на нагрузки на изгиб и на кручение сталей. Нашли решение, но обратная сторона этого решения состояла в том, что для работы турбинного долота приходилось закачивать жидкость, которая создает новые проблемы при вскрытии пластов (происходит закупорка пор коллектора) и выходе на проектные уровни добычи.
— Каковы были особенности освоения нефтегазовых ресурсов в эпоху СССР — что тогда получали территории от «сырьевой ренты»?
— Регион получал средства из госбюджета только на свои текущие расходы: культуру, медицину, образование, управление; все остальные расходы — на строительство дорог, производственных объектов — шли по сметам профильных министерств. Очень часто расходы на строительство жилья и соцкультобъектов формировались в процентном отношении к сметам промышленного строительства.
— Сейчас в Сибири два новых лидера по добыче нефти — Красноярский край и Иркутская область, в Томской области объемы добычи падают. Почему отдачу эти регионы получают минимальную? Что нужно изменить, чтобы исправить положение?
— В этих регионах дошло до абсурда: чем больше добываешь, тем меньше получаешь. Особенно странная ситуация в Иркутской области. По обеспеченности основными активами область несомненный лидер в Сибири, а по зарплате, показателям бюджетной обеспеченности — устойчивый аутсайдер.
Увы, чем больше в экономике региона доля крупных вертикально интегрированных структур, тем меньше удельная отдача для региона. Причин множество — от применения расчетных цен на добываемые ресурсы до игнорирования использования местных подрядчиков и участников проектов. Неоколониальная политика в ее современном внутрироссийском варианте.
Выход — развитие конкуренции на всех стадиях процесса освоения недр, формирование рынков сырья и услуг, выведение научно-технической и проектной политики из-под исключительного контроля крупных компаний, усиление воздействия организаций, представляющих профессиональное сообщество.
— Выстраивание цепочек взаимодействия крупных сырьевых ФПГ с местным производством — кто этим должен заниматься? Сами ресурсодобывающие компании, власти в Москве или на местах? Какими способами: стимулы, прямое госфинансирование или что-то еще? И что должно быть в этих цепочках?
— И в части развития тонкой химии, и в части локализации поставок оборудования и услуг производственно-технического характера велика роль процедур обеспечения согласованной работы властей в Москве, властей на местах (и в регионах, и на уровне муниципалитетов), а также организаций, представляющих профессиональные сообщества. Это должны быть именно процедуры согласования и формирования взаимоприемлемых решений. Недопустимы ни диктат центра, ни произвол и анархия «местных патриотов». Закон «О недрах» в 2002 году именно потому и был сильно «усечен», что команда тогдашнего губернатора Ненецкого автономного округа Владимира Бутовапереусердствовала в своем стремлении создать Ненецкую нефтяную компанию для «себя и своей пользы» и абсолютно игнорировала все усилия ОАО «Архангельскгеология», дочерней структуры НК «ЛУКойл», по развитию новых месторождений.
Читать дальше
