Однако не страх перед увольнением и возможными санкциями со стороны руководства может отпугнуть потенциальных заявителей. Скорее здесь на первое место стоит поставить отсутствие уверенности в завтрашнем дне. Одна из кемеровских банковских служащих Юлия Вилковасчитает, что при определенном раскладе работник может быть и за «серую» зарплату: «Ведь налоги позиционируются как забота о будущем и о своей пенсии, однако никто не может сказать, что нас ожидает в будущем. Вот недавно министр финансов опять выступил с предложением о повышении пенсионного возраста. Кроме того, все мы знаем о низком уровне доходов пенсионеров. Отсюда и желание самостоятельно управлять теми деньгами, которые уходят на налоги».
Что касается «экспорта» закона в другие регионы (как, например, произошло с запретом на усыновление кузбасских детей американскими гражданами, введенным на уровне Кузбасса за год до утверждения аналогичного федерального закона), то, по мнению доктора политических наук и профессора КемГУ Александра Коновалова, он будет возможен лишь в случае финансовой результативности. «Принятый закон нацелен побудить недобросовестных работодателей к кардинальному изменению социально-трудовых отношений с работниками. Не секрет, что “серые” зарплаты лишают наемный персонал определенных социальных гарантий. По логике законодателя, если работник будет сигнализировать в правоохранительные органы по поводу скрываемых доходов предприятия, количество подобных нарушений снизится. Конечно, такие теоретические рассуждения вряд ли обретут ощутимый практический результат. Не думаю, что в Кузбассе найдется много крупных организаций, где рядовой работник, заинтересованный в подобной премии, посвящен в тонкости финансово-хозяйственной деятельности. А бухгалтеры и экономисты, знающие ее специфику, вряд ли станут авторами подобных обращений. Таким образом, основной смысл закона — создание дополнительного механизма профилактики налоговых правонарушений со стороны работодателей», — объясняет Коновалов.
Вопросы вызывает и этическая составляющая закона. «Законотворческая инициатива подобного сорта, тем более доведенная до реализации в виде принятого закона, — симптом нашего коллективного неблагополучия, если хотите, даже ущербности. В нормальном обществе некоторые вещи не допускают этических компромиссов. Например, родители воспитывают детей, а не продают их на органы; врачи — лечат, а не убивают; учителя — сеют разумное-доброе-вечное, а не развращают и так далее. Если эти простые правила жизни дадут сбой, реальность превратится в кошмар, который нельзя будет оправдать никакими соображениями экономической выгоды. Аналогичными правилами определяются и те отношения, которые принятый закон призван регулировать столь экстравагантным способом: отношения работодателя и работника, а также государства и гражданина», — говорит кандидат философских наук, доцент Новокузнецкого института — филиала КемГУ Ирина Басалаева. По ее мнению, «законом вводится некая легитимная позиция в известную схему “откатов”: некоторые отныне имеют право получить свои десять сребреников в качестве процента с чьей-то заведомо преступной прибыли. Тем самым эти десять процентов “отмываются”! Неплохой гешефт. Можно продолжить логику: пусть донесение о грабеже или краже дает право информатору получить свой — законный! — куш от награбленного; быть может, сократится количество преступлений против собственности? Принятие подобных законов моделирует и тиражирует ситуации, которые деформируют наше правовое и этическое сознание, и без того травмированное длящейся “эпохой перемен”».
Тратить ради роста Яковенко Дмитрий
У правительства появился шанс поддержать экономику новым раундом госинвестиций. Основная преграда — готовность Минфина до последнего стоять за нерушимость бюджетного правила
section class="box-today"
Сюжеты
Госкапитализм:
Консолидация оборонных пассивов
Химзавод национализируют
/section section class="tags"
Теги
Госкапитализм
Бизнес и власть
Эффективное управление
/section
Аппаратная борьба между Минфином и Минэкономразвития разгорается с новой силой. На этот раз шансы финансового ведомства отстоять непоколебимость основных принципов бюджетной политики не так очевидны, как в предыдущих раундах. На прошлой неделе МЭР представило обновленный среднесрочный макропрогноз: цифры, рассчитанные министерством, далеки от оптимистичных. В прошлый раз прогноз корректировали в декабре, но изменения тогда были куда умереннее. Сейчас же ожидается, что экономика в 2014 году вырастет только на 0,5% вместо 2,5%, заявленных в прошлом году. Инвестиции упадут на 1,9%, хотя предполагался рост на 3,9%. Промышленное производство покажет только 1% роста вместо 2,2%, а инфляция, наоборот, вырастет до 6% против декабрьских 4,8%. В своих печальных ожиданиях Минэкономразвития не одиноко: Международный валютный фонд на днях понизил прогноз роста российской экономики с 2 до 1,3%. Всемирный банк и вовсе ранее заявлял, что ВВП России может упасть на 1,8%.
Читать дальше
