Максим Григорьев - ЕвроМайдан

В своем интервью 24.03.2014 Дмитрий Ярош обсуждает свои планы по интеграции в силовые структуры и поддерживает одного из активных деятелей «Правого сектора» — убитого позже при задержании Александра Музычко [286] 286 Корреспондент.нет, 24.03.2014 http://korrespondent.net/ukraine/politics/3322797- korrespondent-dmytryi-yarosh-samyi-pravyi . Приведем этот материал полностью:

«Темнокожий швейцар в голубой ливрее, широко улыбаясь, открывает дверь. Рядом с ним стоит щуплый паренек с черно-красной повязкой — проверяет гостей. Швейцар здоровается с входящими националистами — правда, те не особо приветливы.

После пожара в Доме профсоюзов Правому сектору пришлось искать новое место для своей штаб-квартиры. Разместились неподалеку — на двух этажах отеля «Днепр», что на Европейской площади.

В лифте на табурете сидит охранник из «Правого сектора», читает Кобзарь. На нас он даже не обратил внимания. На шестом этаже — штаб. В коридоре много людей, все в военном, у некоторых автоматы и пистолеты. Лиц никто не прячет, но радушия в глазах нет. Проверка документов, запись в журнал входящих.

— Оружие есть? — спрашивает страж.

— Откуда?! Мы же журналисты, — пытается отшутиться корреспондент. Но избежать проверки металлодетектором и досмотра сумок не получается. По коридору везде установлены камеры наблюдения, они есть даже на центральном входе. Проложены коммуникационные кабели — видно, что все это принадлежит новым постояльцам. Дальше работает пункт наблюдения за мониторами. Сразу за ним — кабинет лидера «Правого сектора» Дмитрия Яроша. У дверей два охранника. Хозяин кабинета — полная противоположность окружению. Он сменил военный «однострой» и берцы на костюм и туфли, но к галстуку, похоже, еще не привык.

— У вас тут все так по-военному. На фоне мирного Киева это как-то странно выглядит.

— Большая ошибка думать, что если бомбы не падают, то это время мирное. Спец-группы ГРУ российского генштаба уже две недели активно отрабатывают аэродромы вокруг Киева, проводят мониторинг, рекогносцировку и другие действия. На границе, в частности возле Чернигова, сконцентрировано много военной мототехники. Военные действия могут начаться в любой момент.

— Каковы шансы на это?

— Я согласен с Генштабом, который дает 65% на то, что активные боевые действия могут начаться по линии всей границы.

— Вас не смущает «мягкотелость» украинского правительства по отношению к российским военным в Крыму?

— Я отдаю себе отчет, к чему приведет открытый военный конфликт с Россией при нынешнем состоянии Вооруженных сил, которые последовательно разрушались, в том числе и последним министром обороны, и Генштабом. Первое, что надо сделать, — поднимать уровень Вооруженных сил. Вижу, правительство начало такую работу, но этого мало. Надо пересмотреть кадровую базу высшего руководства. Например, когда воинские части не получают никаких директив, а все управление происходит в телефонном режиме, это нонсенс. Войска должны получать приказы в письменном виде с подписями.

— Как «Правый сектор» отнесется к вводу войск НАТО?

— В случае военной агрессии любая поддержка союзников будет положительной. Но мы против того, чтобы войска НАТО оставались здесь.

— А если останутся, будете партизанить против них?

— (Смеется.) Давайте доживем до этого. Может, если они придут, то так же уйдут. Многое зависит от дипломатии, на каких условиях они будут помогать нам. Когда сапог одного оккупанта меняется на сапог другого, это ничего не изменит.

— С пятницы члены вашей организации окажутся вне закона. Оружие вы сдавать не собираетесь, идти в Нацгвардию тоже.

— Мы ведем переговоры с госструктурами о переходе силового блока «Правого сектора» в силовые структуры государства. До конца недели мы должны прийти к какому-то варианту. Сейчас их несколько: батальоны территориальной обороны или Нацгвардия. Возможно, еще будет вариант в системе Министерства обороны, управления разведки. У нас есть много вопросов. Среди них: кто будет возглавлять Нацгвардию, какие ее обязанности будут стоять перед нашим личным составом. Думаю, что мы это решим.

— То есть проблема только в личности начальника?

— Сейчас неизвестен командующий Нацгвардией. Возможно, это будет какая-то одиозная милицейская фигура. Подчиняться человеку, который неадекватно проявил себя на Грушевского или Институтской, мы не сможем. Поэтому попробуем повлиять на назначение нормального человека и будем говорить дальше. Речь также идет об эффективности управления. У нас есть профессиональные военные, отставные генералы, которые имеют большой опыт работы в той же «Альфе». И тут важно, чтобы не нашла коса на камень, когда эти люди окажутся более профессиональными, чем те, кто будет назначен ими руководить.