Но если мы посмотрим на рост денежной базы в России с августа 2008 года по май 2014-го (даты как в США, тоже за 70 месяцев), то она выросла всего с 5,3 до 9,4 трлн рублей. Рост в 1,77 раза, а с учетом инфляции и вовсе в 1,15 раза (на 15%). Кратный рост сменился на жалкие 15% почти за шесть лет. Это и есть причина медленных темпов роста экономики в этот период.
Политика «количественного смягчения по-российски» действовала очень эффективно в «золотое десятилетие», а кризис и застойные явления появились сразу, как только эта политика начала сворачиваться.
Экономический рост как побочный эффект
К сожалению, приходится признать, что смягчение, лежащее в основе роста ВВП в 1999–2008 годах, было не осознанной политикой правительства и Центробанка, а лишь «побочным эффектом» совсем других решений, касающихся бюджетной и курсовой политики. На первом этапе, который начался с сентября 1998 года, выпуск денег (а это и есть количественное смягчение) прежде всего был призван финансировать дефицит бюджета. Условно можно считать, что этот период закончился в 2002 году. К декабрю этого года остановился процесс ослабления рубля, начавшийся в августе 1998-го (как упоминалось выше, с шести рублей за доллар в августе 1998 года курс дошел до 32 рублей за доллар в декабре 2002-го).
Второй этап начался с января 2003 года. Рубль начал укрепляться, и это продолжалось вплоть до июля 2008 года. С 32 рублей за доллар в январе 2003-го курс дошел до 23 рублей за доллар в июле 2008-го. И основным каналом поступления денег в экономику была борьба ЦБ против еще более резкого укрепления курса рубля. Ведь если бы со стороны ЦБ не было дополнительного увеличения рублевой денежной базы (количественного смягчения), то рубль неизбежно бы укрепился еще сильнее.
Свою положительную роль сыграла политика накопления подушки безопасности в виде Стабфонда. В результате этой политики при накоплении в Стабфонде каждых 80 млрд долларов в экономику России вбрасывалось порядка 2 трлн рублей через валютный рынок. И этот «непреднамеренный» поток рублей способствовал бурному росту экономики.
Горькая правда состоит в том, что рост количества рублей в экономике, этот решающий источник бурного роста на протяжении целого десятилетия, всегда оставался «беспризорным ребенком», на него либо не обращали внимания, либо смотрели как на возможную угрозу другим показателям, таким как инфляция или курс валюты.
Тем не менее, принимая решения сегодня, мы должны учитывать успешный опыт «золотого десятилетия»: даже при высоких ставках количественное смягчение ведет к росту ВВП. Другой важный вывод состоит в том, что и падение 2008–2009 годов, и текущее замедление в экономике России обязаны тому, что и тогда, и сейчас темп роста денег не рассматривается как важный ориентир. В фокусе внимания денежных властей то курс рубля (и в процессе интервенций из экономики изымаются триллионы рублей), то инфляция, то еще что-нибудь, в результате «беспризорная» денежная масса падает, а вместе с ней и ВВП.
Ориентир для денежно-кредитной политики
Встает вопрос: на какие показатели ориентироваться при проведении количественного смягчения?
В ФРС США ориентируются в своей политике сразу на несколько показателей. Один из них инфляция. Только стремятся они ее поднять, а не снизить, как делается в России. Если показатель инфляции снижается ниже целевого уровня 2%, то для ФРС это сигнал о необходимости продолжить смягчение. Другой важный показатель — безработица.
По разным причинам в России ориентироваться на такие показатели невозможно. Инфляцию мы хотим снижать, а не увеличивать, уровень безработицы у нас формально очень низкий. Хорошим критерием в нашей ситуации мог бы стать темп роста денежной массы (не путать с денежной базой). Причем желательно использовать темпы роста реальной денежной массы. На всем протяжении истории современной России именно этот показатель был явным опережающим индикатором (то есть предвестником) кризисов и взлетов. На графике 5 показаны темпы прироста денежной массы в России с 1992 года. Цветом обозначены периоды, когда ВВП в России рос (зеленый цвет) или падал (красный цвет). Как видно из этой диаграммы, сжатие денежной массы всегда приводило к падению ВВП, а количественное смягчение приводило к росту экономики. Между зелеными областями бума и красными кризисными областями лежит своеобразная «нейтральная территория». Она соответствует ситуации неопределенности, замедления, стагнации. Но в июне и июле 2014 года темпы прироста реальной денежной массы впервые с декабря 2009 года стали отрицательными (–0,1 и –0,8% соответственно), что говорит о явном ухудшении ситуации. Об этом же свидетельствует удручающая экономическая статистика, возможная уже в этом году рецессия, нарастающий ком проблем в экономике (банкротство турфирм как пример разрушения «слабых звеньев», непростая финансовая ситуация даже у крупных банков и государственных корпораций и другие признаки), рост ставок на межбанковском рынке и рынке корпоративного долга. Все это говорит о необходимости срочного принятия мер денежными властями.
Читать дальше
