Андрей Губин - Афина Паллада

Начальник засомневался, спросил:

— Элисханова, с кем пойдешь?

— С ними, — показала на братьев Саида отошедшая напиться Секки.

— Ну так стой там, чтобы я видел!

— Я сто рублей за нее платил и три выпивки делал! — кричал Хасан.

Сафар достал деньги, молча отдал Хасану сто рублей.

— Под суд пойдешь за калым! — пригрозил начальник Сафару.

— Это не калым — возмещение расходов, — ответил Сафар.

— И серьги сними! — кричал Хасан, пыхая очередной папиросой.

Буран стихал, но пламя светильника колебалось еще сильно.

Снова выплыл Саид. Горло забивала соленая предсмертная рвота. В глубине еще тускло светилась фара, как глаз подводного чудища, почуявшего добычу.

Уцепился за льдину.

Вылез бы! Да колыхалась льдина от волн. Старец Каспий в вечной заботе уже гнал отары барашков глодать соленые берега.

Рано начал работу синий чабан! Рано!

Ноги Саида еще упирались в мотоцикл, вставший в воде торчком.

Он пытался выбросить на лед бумажник — в нем заработок бригады. А фотография Секки пусть останется с ним. Бумажник был дорог еще и потому, что в одном отделении лежал крошечный томик Лермонтова, а в нем клочок из журнала со стихами какого-то поэта:

Отец сажает маленького Саида на коня, и сердце ребенка трепещет от радости, ветра и крутизны гор.

— Лихой сын растет у тебя! — качают головами белобородые старики, и отец, пряча радость в глазах, сурово покрикивает на трехлетнего джигита.

Прошел прихрамывающей походкой сероглазый автоматчик по ночному балкарскому аулу с ребенком на руках, как на памятнике в Берлине. Терпеливые глаза его стали сиреневыми.

Пробежали длинные собаки.

Несся всадник на черном, как ворон, коне.

В море солнечных лет. Домой. На родину. К милым горам Памира.

Последним усилием воли поднял глаза чабан — туда, где блеснуло созвездие Ярлыги.

Только почему оно так стремительно удаляется?

Или он несется с космической скоростью света в иные миры, с орлиным криком о вечной жажде?

Затуманивается созвездие, удаляется навсегда — глаза затягивали ледяные окуляры.

И он летел с ослепительной, ужасающей быстротой.

И достиг края Вселенной бронзовый чабан с бронзовой ярлыгой, идущий за звездной отарой добывать нам, людям, золотое руно.

Привет тебе, славный добытчик!

Родился Андрей Губин в станице Ессентукской в 1927 году. После школы работал пастухом, молотобойцем, рабочим в театре, паровозным кочегаром, судовым машинистом первого класса, портовым грузчиком, типографским корректором, литературным сотрудником газеты.

Он жил в Средней Азии, в Прибалтике, на Дальнем Востоке, в Москве, но всегда возвращался к синим горам Кавказа, которые питают его творчество.

В 1959 году окончил Всесоюзный государственный институт кинематографии, защитив диплом кинодраматурга.

Первые стихи и рассказы опубликованы в 1951 году.

Станицами назывались отряды — легкие и зимние.