Валерий Петров - Сергей Непобедимый

В организации учёбы школьников всячески культивировалось почтение к знаниям – особенно по физике, химии, математике. Не каждому ученику сразу давались знания по этим сложным предметам. Поэтому в школе создавались специальные группы для внеклассной подготовки тех парней и девчат, у кого «хромала» успеваемость. Таких подтягивали те, у кого учёба шла успешно. Среди них был и Сергей Непобедимый, который являлся отличником и потому ему доверяли «брать на буксир» отстающих. Плодами естественных наук он всегда вовремя и в достатке пополнял свой умственный багаж, однако в школьных программах той эпохи не меньшее внимание отводилось и гуманитарным предметам. Учеников увлечённо приучала к родной словесности, постепенно прививая любовь к ней, учительница русского языка и литературы Малыгина.

Учебная программа предлагала школярам тридцатых годов многое из отечественного литературного наследия. Особенно «трудоёмкой» была поэзия, многое требовалось знать наизусть, а в основе школьного курса были бесспорные корифеи – Пушкин и Лермонтов. С тех самых пор и осели в памяти Сергея Павловича пушкинские строфы, которые он без труда потом вспоминал в своей московской квартире через семьдесят лет. А тогда, в школе, он с ровесниками проживал выпавшие им времена, которые, как известно, не выбирают.

Когда он вспоминал о жизни в Щиграх, то упор в самых давних и ярких впечатлениях делал на школе. Он всякий раз подчёркивал, что в её стенах ребятам всегда было интересно. Большой спортивный зал для физкультуры почти никогда не пустовал. Вечерами здесь крутили немые или первые звуковые фильмы, а время от времени устраивали танцевальные вечера под аккомпанемент стоящего в зале пианино, на котором играли в основном их же соученицы. В стенах этого же зала проходили репетиции и концерты школьного хора, востребованного в районном центре.

Школьная жизнь бурлила на многих направлениях. Спортивные команды школы по футболу, волейболу, лёгкой атлетике, по лыжам, по пулевой стрельбе неизменно занимали передовые позиции в городских и районных турнирах. Чтение молодого тогда и популярного журнала «Знание – сила», который был выписан отцом для сыновей, сделало Сергея участником Всесоюзного конкурса судомоделистов, когда по журнальным схемам он изготовил и отослал в Москву действующую модель парового глиссера. Её испытания проводились со школьными друзьями на ближайшем пруду.

Летом ровесники Сергея по его предложению для укрепления сил и здоровья часто устраивали забеги, а зимой их сменяли дальние лыжные вылазки за город с обязательным костром на снегу и приготовлением чая на огне. Были и забавы, скрытые от взрослых. Однажды с друзьями Сергей воплотил свою давнюю идею изготовления пушки. По его инициативе они разыскали и притащили в сарай нужные для этого детали, из водопроводной трубы сделали ствол, закрепив его на оси старого плуга. Испытания проводились втайне от всех, кроме особо приближённых соучастников в «артиллерийском деле». Картечь, вылетавшая из самоделки, разносила в щепки доску-мишень. Однако стрельбы ребята вскоре прекратили сами, когда один из их участников ненароком повредил себе руку.

Расставание с некоторыми увлечениями детской поры, как вспоминал Сергей Павлович, пришлось на восьмой класс. Он совершенно чётко помнил, что именно тогда в нём пробудились неодолимый интерес к настоящей науке и желание выйти за круг учебных программ. Сергей, уже старшеклассник, стал чаще оставаться наедине с серьёзными книгами, со справочной литературой, вычитывая в них то, чему он не находил удовлетворительного объяснения в учебниках.

В том же восьмом классе он вступил в комсомол. А когда через год ему стали поручать работу комсомольского организатора в классе годом младше, то он отнёсся к этому делу со всей серьёзностью. Он был ненамного старше своих подопечных, но у него имелся уже опыт организации собственной жизни, который приносил успехи в учёбе. И он по мере сил старался привить подшефным ученикам навыки самостоятельности и самоорганизации. Уже тогда в его душу вселилась мечта поступить после школы в технический институт и стать инженером.

До поры до времени он этой мыслью ни с кем не делился. Даже с ближайшим другом Игорем Ковриго, с которым они вместе сидели три года за одной партой, занимались фотографией, увлекались спортом и временами ходили в городской сад на танцы. Ближе к окончанию школы друзья открылись друг другу в том, что оба хотели поступать в столичный вуз. Игорь наметил сдавать вступительные экзамены в Институт инженеров железнодорожного транспорта, а Сергей признался, что хочет попробовать свои силы в механико-машиностроительном институте им. Н. Э. Баумана, слава которого в те годы гремела среди многих тысяч старшеклассников Союза.