Наталья Богуненко - Музруков

Детдомовская жизнь многому научила Бориса и закалила его. Сестер он видел редко, хотя отношения дружбы и взаимопомощи между ними не прерывались и сохранялись всю дальнейшую жизнь. Отец находился в армии, связи с ним практически не было. Ранняя самостоятельность, необходимость полагаться только на свои силы укрепили основные черты характера юноши, среди которых все сильнее проявлялась неуемная тяга к знаниям.

Борис учился в трудовой средней школе № 6. В классах было холодно, учебники добывали с великим трудом, писали не в тетрадях, а на газетной бумаге, между строк, но учителя умели увлечь голодных ребятишек, пробудить в них интерес к дальнейшему образованию и подготовить к нему. Борис приходил к твердому убеждению: несмотря на то, что помощи ему ждать не от кого, он будет учиться дальше.

В одном классе с ним учился сын профессора Петроградского технологического института — одного из лучших учебных заведений страны. В институте сохранились прекрасные преподавательские традиции, хорошая библиотека и неплохая материальная база. После 1921 года, когда новая власть окрепла и на образование стало выделяться больше средств, в технологическом возобновили свою работу знаменитые научно-технические кружки. Они возникли еще в 1903 году, и их деятельность отличалась активностью и размахом, охватывала широкий спектр направлений, позволяя не только студентам, но и всем желающим пополнять свои знания, знакомиться с передовыми достижениями науки.

Борис, приглашенный одноклассником на заседание кружка, на первой же лекции получил информацию об одной из самых важных для развивающейся страны профессий. Позже Борис Глебович рассказывал: «По выбору специальности на меня еще до окончания школы повлияло прослушивание лекций в технологическом институте, которые проводились для всех желающих. На лекции был свободный доступ. Я от начала до конца прослушал все лекции по металлургическому циклу. Это дало мне твердое убеждение, что здесь, в этой области, заложены большие возможности для проявления инициативы».

Была выбрана не только профессия — определен жизненный путь на долгие годы. Но слишком далеко Борис тогда не заглядывал. Он с присущим ему здравым смыслом решал задачи конкретные. Нужно было так организовать жизнь, чтобы иметь возможность учиться.

После окончания в 1922 году средней школы Борис поступил на рабфак технологического института. Тем, кто приходил на рабфаки из Красной Армии или имел, как тогда говорили, пролетарское происхождение, государство помогало: им выделялся паек, предоставлялось общежитие и выдавалось денежное довольствие.

По хорошо известным меркам прямолинейного подхода к определению социального положения граждан Бориса Музрукова из-за офицерского звания отца формально нельзя было отнести к представителям пролетарского сословия. А поскольку он пришел в вуз как городской житель, к выходцам из деревни он тоже не принадлежал. Поэтому ему не дали общежития и не выделили денежной помощи, хотя он, воспитанник детдома, не имел ни от кого никакой поддержки. Но такой поворот не обескуражил Бориса: он спокойно воспринял эти обстоятельства и не позволил им мешать намеченным планам.

Жажда знаний, жизненная энергия оказались сильнее всех тягот и неудобств первых лет студенчества. Борис снимал углы (приходилось спать и под вешалкой), на жизнь зарабатывал где и как мог, но учебы не бросал. Более того, вскоре он стал комсомольцем-активистом, вел большую общественную работу. Заполненные до предела учебой и работой дни только больше закаляли характер. А занятия и широкий круг общения в технологическом расширяли кругозор, воспитывали интеллигентность, давали возможность постигнуть культуру человеческих взаимоотношений.

Студент Музруков, статный и красивый молодой человек, в периоды зимних сезонов подрабатывал статистом Александринского театра. Здесь для него открылся новый и прекрасный мир театрального искусства. В те годы театр возглавлял замечательный артист Ю. М. Юрьев, и Борису довелось участвовать в спектаклях классического репертуара, где заглавные роли играл сам Юрьев. Эти минуты рядом с лучшими артистами страны оказались незабываемыми. Много лет спустя сестра Б. Г. Музрукова, Надежда Глебовна, рассказывала, как брат вспоминал мгновения на сцене: Юрьев, исполнявший главную роль в спектакле «Антоний и Клеопатра» по пьесе Шекспира, «тяжело клал властную руку на плечо молчаливого и покорного раба». Рабом этим и был Борис Музруков. Другие постановки можно было посмотреть из зрительного зала, по контрамаркам, и Борис, став страстным театралом, при малейшей возможности старался попасть на хороший спектакль.