Иосиф Лаврецкий - Миранда

В первые же дни своей деятельности Верховная хунта декретировала свободу внешней торговли, отменила ряд пошлин на ввозимые товары, отменила налоги на продукты питания, подушную подать на индейцев, запретила работорговлю, создала высшую школу технических наук («Академию математики»), учредила Патриотическое общество содействия развитию сельского хозяйства и промышленности.

Каракасская хунта обратилась ко всем кабильдо Испанской Америки, сообщив им, что Венесуэла провозгласила политическую независимость и вошла в семью свободных наций Америки. Хунта призвала все колонии последовать ее примеру. 25 мая 1810 года такая же хунта была создана и взяла власть в Буэнос-Айресе. Вслед за тем патриотические хунты возникали в Боготе (Новая Гранада) и в Сантьяго (Чили). Попытка свергнуть испанскую власть в Мексике и других колониальных центрах не увенчалась на данном этапе успехом. Всем было ясно, что события 19 апреля в Каракасе всего лишь начало освободительной революции, которая рано или поздно охватит все колониальные владения Испании в Америке.

Одна из важнейших задач, стоявших перед каракасской хунтой, заключалась в том, чтобы добиться дипломатического признания со стороны великих держав. С этой целью сразу же после создания хунты были направлены ее полномочные делегаты в Вашингтон, а в начале июня — в Англию. Делегацию в Англию возглавлял 27-летний отпрыск богатой мантуанской семьи, активный участник тайной патриотической организации Симон Боливар, которому было присвоено в связи с этим звание подполковника. Это должно было придать авторитет молодому мантуанцу, взявшемуся в благодарность за оказанную ему честь оплатить все расходы по поездке и пребыванию делегации в Англии. Боливара сопровождали два других молодых патриота - Луис Лопес Мендес и Андрес Бельо.

Верховная хунта в инструкциях Боливару предписывала ему немедленно по прибытии в Лондон установить связь с генералом Франсиско Мирандой.

Наконец пробил час «полномочного представителя городов и провинций Южной Америки»!

Первые сведения о событиях в Каракасе 19 апреля 1810 года пришли в Лондон только во второй половине июня. Миранда узнал о них из английских газет: которые расценивали создание Верховной хунты как отделение Венесуэлы от метрополии. 23 июля газета «Курир» писала, что следует удивляться не тому, что эта колония проявила дух независимости и решимость существовать, как самостоятельное государство, а тому, что она в течение столь длительного времени терпела зависимость от метрополии, правящие круги которой проявили позорное отсутствие энергии и раболепие перед Наполеоном. Другая газета, «Экземинер», отмечала, что принятый Верховной хунтой Каракаса манифест похож на провозглашение полной независимости, а что касается заявления хунты о ее «верности» королю Фердинанду VII, то это всего лишь «пустой звук».

Хотя сведения о революции в Каракасе не были неожиданностью для Миранды, тем не менее свержение испанских властей и создание патриотической хунты в родной Венесуэле, причем именно на основе кабильдо, как он предвидел и неоднократно советовал своим корреспондентам, не могли не произвести на старого конспиратора огромного впечатления.

Вскоре на Каракаса стали приходить письма на Графтон-стрит, где жил Франсиско Миранда. Писали старые друзья, родственники и незнакомые люди. Все спешили сообщить о создании Верховной хунты и пригласить своего знаменитого соотечественника на родину, счастью и благополучию которой он песвятил свою жизнь.

Один из каракасских корреспондентов Миранды, Х. М. Фернандес, писал ему, что друзья свободы - братья Боливары, маркиз дель Торо и другие считают его «первым патриотом Венесуэлы и борцом за наше праведное дело». Они ждут возвращении Миранды с нетерпением.

Еще большее нетерпение испытывал сам Миранда. При первых же сообщениях о событиях 19 апреля он стал рваться на родину, но английские власти отказывали ему в разрешении на выезд под тем предлогом, что это могло обострить их отношенйя с Регентским советом. Не оставалось ничего другого, как ожидать представителей каракасской хунты, о предстоящем отъезде которых в Лондон Миранда был уведомлен друзьями из Каракаса.

Но не сидеть же сложа руки именно теперь, когда освободительная революция уже развернула свои знамена на Колумбийском континенте.. .