Иосиф Лаврецкий - Миранда

На это письмо Питт, разумеется, вновь ответил отказом. По старому конспиратору удалось в начале октября вырваться из Англии и прибыть в Гаагу, оттуда перебраться в Антверпен, взятый им штурмом в 1792 году.

Из Антверпена Миранда направил послание министру внутренних дел Франции Фуше, в котором наспоминал о своем письме Наполеону и испрашивал разрешения вернуться в Париж. Вскоре вдова Петиона, которая ходатайствовала за него перед новыми властями Франции, сообщила ему, что Наполеон не возражает против его приезда. Получив от французского префекта Антверпена паспорт, в котором было указано, что «гражданин Америки» Франсиско Миранда имеет право на проживание во Франции, каракасец 30 ноября появляется в Париже, где немедленно устанавливает связь со своим агентом Варгасом.

В столице Франции вместо радушного приема со стороны французских властей Миранду ожидают новые испытания. Фуше, узнав о появлении каракасца в Париже, отдает приказ о его немедленном аресте. Фуше утверждает, что Миранда английский агент. В действительности же министр внутренних дел действует по наущению испанского посла в Париже, который пытается расправиться с каракасцем. Миранда вынужден скрываться у своих друзей, но ищейки Фуше в конце концов нападают на его след. В марте 1801 года Миранду арестовывают и заключают в тюрьму.

Судья предъявляет Миранде формальное обвинение в «шпионаже и в сношениях с врагами французского государства». Миранда категорически отрицает свою виновность. «Причины, побудившие меня вступить в сношения с английским кабинетом, — заявляет он судье, — кроются в моем стремлении обеспечить свободу и независимость Южной Америки. Я добивался у Англии такой же поддержки, какая в свое время была оказана Францией и Испанией Соединенным Штатам без предоставления Англии какой-либо коммерческой монополии или территориальных уступок».

На вопрос судьи, почему Англия отказалась предоставить Миранде помощь, арестованный весьмв хитро ответил: «Лондонскому кабинету и в особенности королю настолько претит идея свободы и независивости, что они предпочитают пожертвовать своими собственными интересами в угоду ненависти, питаемой ими к принципам свободы, господствующим во Франции, тем более теперь, когда они увидели, что австрийские и русские армии стали одерживать победы в Италии над солдатами республики».

Отсутствие каких—либо доказательств виновности Миранды, его весьма ловкие показания во время допросов и ходатайства вдовы Петиона и других его друзей вынудили Фуше после шестидневного ареста освободить свою жертву. Миранде было приказано в четырехдневный срок покинуть территорию Франции. Выход у него только один - вновь вернуться в Англию. В сопровождении Варгаса Миранда направляется в Антверпен, затем в Гаагу и оттуда обратно в Англию. Прибыв в английский порт Грейсвенд, Миранда обращается к своему другу Тэрнбуллу с письмом, в котором сообщает, что ему удалось спастись от опасностей, угрожавших со стороны Франции и Испании, и что теперь он намерен предпринять «последнюю попытку» добиться независимости для своей родины при помощи Англии. К этому письму было приложено послание к Питту, которое он просил Тэрнбулла передать по назначению.

«Причина моего возвращения в Англию, - извещал каракасец премьер-министра, — заключается в непосредственной угрозе испано-американскому континенту со стороны французской республики, подготавливающей в своих портах экспедицию для вторжения в этот район. Сказанное заставляет меня просить Вашего разрешения на краткое пребывание инкогнито в Англии для того, чтобы я мог перебраться на нейтральном корабле к берегам Венесуэлы или в Соединенные Штаты. По полученным мною недавно сообщениям, многие испано-американские колонии готовы к почти всеобщему восстанию. Если, к несчастью, правительство Франции вмешается, то его интервенция вызовет в этих колониях полную дезорганизацию или такие же несчастья, как в Сан—Доминго, что можно предотвратить только мудрыми, быстрыми и решительными действиями. Учитывая необходимость принятия столь полезных для общего благополучия Испанской Америки и Англии мероприятий, я надеюсь, что Вы найдете возможным немедленно предоставить мне и одному моему соотечественнику разрешение, о котором я имею честь просить Вас. Мой соотечественник сопровождает меня под фамилией Смита, я же путешествую под фамилией Мартина, с тем чтобы сохранить строгое инкогнито, столь необходимое для успеха этих мероприятий».