Иосиф Лаврецкий - Миранда

Нет покоя и от английских агентов: вся его переписка с Гуалем и другими патриотами перехватывается и перлюстрируется ими.

Наконец, экономическое положение Миранды, как всегда, бедственное. Доходов у него никаких, а расходы огромные. В течение ряда лет его содержит Тэрнбулл, который твердо верит в звезду Миранды. Но, выдав ему около двух тысяч фунтов стерлингов, Тэрнбулл заявляет, что больше не в состоянии оказывать ему помощь. Приходится взять за горло Питта. Миранда сообщает ему, что если английское правительство не намерено поддерживать испано-американских патриотов, то пусть ему разрешат вернуться в Испанию, которая его полностью реабилитировала. Из Испании он, Миранда, намерен проследовать в Венесуэлу, где его ждет богатое наследство.

Разумеется, это явный блеф, но что остается делать «полномочному представителю городов и провинций Южной Америки»! Питт идет на уступки: английское правительство устанавливает Миранде пособие в 300 фунтов стерлингов в год. Эта ничтожная сумма достаточна только для того, чтобы не умереть с голоду. Вот какой дешевой ценой Англия намерена удержать Миранду, одно имя которого вызывает суеверный страх в Мадриде.

Да, Англия была бы не прочь освободить Испанию от ее колониального бремени и занять ее место в Южной Америке. Новые заморские рынки принесли бы огромные барыши английским фабрикантам, купцам и банкирам. Но английские министры опасаются, что освобождение испанских колоний, даже если оно осуществится при поддержке легитимистской Англии, все равно будет победой французской революции. Если колонии добьются независимости, то они, естественно, выступят против феодальной и монархической Европы, стражем которой провозгласила себя Англия. Об этом откровенно говорили члены английского кабинета. Военный министр Уиндхем в октябре 1799 года писал членам английского кабинета, что он относится с «недоверием к проектам генерала М.», ибо испытывает «отвращение к революции». Столь же категорически высказывался и министр иностранных дел Гренвиль. «По моему глубокому убеждению, — отмечал он в одной из своих докладных записок, — нам не следует иметь никакого отношения к проектам генерала Миранды... На распространение революции в Южной Америке можно было бы решиться лишь в том случае, если бы существовала полная уверенность в том, что применение подобных средств приведет к чему-либо хорошему», то есть к укреплению позиций европейской реакции, вдохновляемой Англией.

С другой стороны были и такие английские деятели, которые считали необходимым изгнать из Южной Америки испанцев и подчинить этот континент английскому влиянию. В 1799 году видный английский военачальник генерал Аберкромби представил Питту докладную записку под названием «План освобождения Испанской Америки», в которой предлагал снарядить две экспедиции: одну - к мысу Доброй Надежды, а оттуда в район Буэнос-Айреса с целью захвата этого важнейшего колониального центра; другую — к берегам Венесуэлы для оккупации Каракаса. Но и этот проект был похоронен Питтом.

Миранда тем не менее не отчаивался. Он твердо знал, что освобождение испанских колоний только вопрос времени. Развитие политических событий в Европе неминуемо приведет к дальнейшему обострению противоречий между великими державами, что можно будет использовать в интересах национально-освободительной борьбы в колониях.

Приход к власти Наполеона в результате переворота 18 брюмера (9 ноября) 1799 года возродил надежды Миранды заручиться для своих планов поддержкой Франции. В январе 1800 года каракасец пишет письмо первому консулу, в котором объясняет, что, посвятив свою жизнь борьбе за свободу испанских колоний, он сперва искал помощи Англии, а затем связал свою судьбу с революционной Францией, которую, однако, был вынужден оставить в 1797 году в результате необоснованных преследований. Вернувшись в Англию, он стал фактически пленником англичан, запретивших ему выезд в Соединенные Штаты, где он надеялся продолжать бороться за свободу колоний. Теперь он просит разрешения вновь приехать во Францию в надежде на то, что эта страна поддержит дело независимости колоний и тем самым приобретет все политические и коммерческие выгоды от их освобождения.

Письмо Наполеону Миранда переправил во Францию через своего агента новогранадца Варгаса. Вслед за этим Миранда с удвоенной энергией стал добиваться разрешения на выезд за границу. В июле 1800 года каракасец направляет очередное послание Питту, в котором пишет: «Потеряв всякую надежду быть полезным моей родине, а это - единственная причина, вынудившая меня, приехать в эту страну, я имел честь неоднократно обращаться к Вам с просьбой разрешить мне покинуть Англию. Насколько я понимаю, Вас интересует, куда я намереваюсь теперь направиться. Заверяю Вас, что моим желанием является вернуться через Францию и Испанию в Каракас. У меня есть основания рассчитывать, что в настоящее время я могу получить разрешение мадридского двора посетить мою семью и вернуть себе мою наследственную собственность, которой я был лишен в течение многих лет».