Федор Раззаков - Страсть

В конце августа 1972 года в кинотеатре «Россия» демонстрировался фильм Станислава Ростоцкого «А зори здесь тихие…». Поскольку ажиотаж вокруг него был огромный, достать билеты на фильм оказалось крайне трудно. Но другу Добрынина, Володе Славину, это удалось: он купил четыре билета – себе с женой и Славе с Ирой. Однако, когда Вячеслав увидел свою девушку, ему чуть плохо не стало: рядом с ней шел его коллега Юрий Антонов. Причем не просто шел, а поддерживал Ирину под локоть и что-то нашептывал ей в ухо. При виде этой картины в Добрынине взыграла ревность, и он заявил, что идти в кино передумал. К счастью, у собравшихся хватило аргументов переубедить Добрынина, и конфликт был погашен в самом зародыше. Выяснилось, что Антонов был знаком с Ириной давно, а в тот день просто случайно встретил ее возле метро и решил проводить до кинотеатра.

В те же дни Добрынину дала о себе знать его прежняя любовь – Марина. Проездом в Москве оказалась ее подруга, которая по собственной инициативе нашла Добрынина (как мы помним, уезжая, он оставил Марине свой домашний адрес) и сообщила, что Марина ждет от него ребенка. Вячеслав ответил, что благодарен девушке за сообщение, но отцом ребенка стать не готов, ведь Марина приняла это решение без него. С тем незваная гостья и уехала. Спустя пару месяцев дала о себе знать и сама Марина, прислав Добрынину письмо. В нем говорилось, что у нее родился сын Дмитрий и что он очень похож на отца, то есть на Вячеслава. Однако вступать в переписку с бывшей возлюбленной в планы Добрынина не входило, ведь его сердце теперь целиком принадлежало Ирине.

Между тем именно Ирина стала человеком, во многом поспособствовавшим раскрутке Добрынина. Она была близко знакома с женой Леонида Дербенева Верой и смогла устроить встречу своего возлюбленного с поэтом. В результате этого творческого союза родилась песня «На Земле живет любовь», которая вошла в репертуар популярного ВИА «Веселые ребята» и в начале 1974 года была выпущена фирмой «Мелодия» на миньоне. С этого и началась слава Вячеслава Добрынина.

В год выхода пластинки в свет Добрынин сделал Ирине предложение руки и сердца, и девушка ответила согласием. Оставалось только получить благословение мамы Добрынина, Анны Ивановны, но здесь молодых ждало настоящее потрясение. Вот как описывает случившееся биограф артиста М. Шабров:

«Как-то Слава, уходя, как обычно, по своим делам, бросил чуть ли не с порога:

– Мама, я сегодня часам к шести приеду, с Ирой. Ты никуда не уходи.

И исчез.

Анна Ивановна впервые со дня рождения сына поняла, что уже не контролирует ситуацию – сын вырос, стал самостоятельным. Хотя о какой самостоятельности может идти речь? Что он сам может и умеет? Он же, по сути дела, беспомощен, как птенец, выпавший из гнезда. Это не он самостоятелен, это из него делают самостоятельного. Надо же, как эта Ира вцепилась в него! Хуже того, веревки вьет! Несчастный мальчик не понимает, что она ему всю жизнь испортит.

Впервые в своей жизни Анна Ивановна почувствовала ненависть. Милейшая, отзывчивая, порою по-детски наивная Анна Ивановна, старавшаяся всегда делать людям только добро, вдруг воз-не-на-ви-де-ла ничем не провинившуюся перед ней молодую женщину, которую ни разу не видела, с которой ни разу не говорила. Возненавидела только за то, что та собиралась стать женой ее сына, а это, в понимании Анны Ивановны, значило отнять его у нее…

…Вечером Слава позвонил в дверь собственной квартиры. Он специально не стал открывать ее ключом, чтобы дать матери возможность подготовиться к встрече (все-таки не врасплох!). Слава долго не отнимал палец от кнопки звонка. Может, Анна Ивановна не слышит? Правда, одновременно со звонком над дверью загорается сигнальная лампочка, но на нее ведь тоже надо обратить внимание…

Ира стояла поодаль – не хотела сразу бросаться в глаза. Она немного волновалась: какое впечатление произведет на будущую свекровь?

Наконец дверь отворилась.

– Мама, мы пришли. Знакомься, – сказал Слава, первым шагнув в дверной проем. А Ира пройти не успела – дверь неожиданно резко захлопнулась прямо перед ее носом. Приветственная улыбка так и застыла на Ириных губах. Положение было глупейшее. Ира не могла сообразить, что происходит. Ноги стали как ватные. Мелькнула спасительная мысль: «Может, дверь захлопнуло сквозняком и сейчас Слава распахнет ее?» Но дверь не открывалась. Ира застыла около нее в полуобморочном состоянии. Кому расскажешь – не поверят! Когда кое-какое осознание ситуации начало возвращаться, она услышала голоса Славы и Анны Ивановны. Разговор хоть шел на повышенных тонах, но где-то далеко: Ира плохо понимала, о чем они говорят. У нее кружилась голова, а горло словно костлявыми пальцами сдавила жгучая обида. Потом голоса начали приближаться, и она услышала, как Анна Ивановна сказала: