Федор Раззаков - Страсть

Посоветовавшись с родителями и получив от них добро, Винокур принял предложение Тамары. А незадолго до похода в ЗАГС внезапно предложил: «Давай сделаем не фиктивный брак, а настоящий. В будущем я собираюсь стать известным актером, и ты не прогадаешь». Тамара подумала и согласилась. Сказала: «Я постараюсь вам поверить» (девушка обращалась к своему ухажеру исключительно на «вы»). Как объяснит позже сам Винокур, на нее большое впечатление произвело его обещание купить ей после свадьбы новые джинсы (в ту пору Тамара ходила в джинсах советского производства, которые в народе в шутку назывались «Ну, погоди!»).

Вспоминает Тамара Винокур-Первакова: «Идет Володя рядом со мной и заливается соловьем, что будет знаменитым и богатым, со всех заборов будут его фотографии смотреть, газеты наперебой хвалить. А сам, господи, в стоптанных ботинках, коротковатых брюках и каком-то дедушкином сюртуке, битом молью… Я остановилась и заплакала от жалости к этому хвастунишке. Он, естественно, расценил это как слезы радости и гордости за него. Тут Володя и сказал: «Ну все, хватит, не плачь. Завтра пойдем в ЗАГС, и все, что я завоюю, будет принадлежать только тебе!» Я заплакала еще пуще…»

Молодые расписались 8 июня 1974 года. Жить стали в квартире на Потылихе, напротив «Мосфильма» (есть там такой поворот наверх, буквально метров триста от киностудии). Чуть позже переехали в другое место, ближе к центру.

Вспоминает Владимир Винокур: «Однажды я сказал идиотскую фразу:

– Жен можно менять. А родителей – нельзя.

Кому-то это может показаться неправильным, странным. Возможно, у меня слепая любовь к родителям, но они всегда были на первом месте.

Я не смог справедливо распределить роли и думаю, что Тамара постоянно чувствовала себя как бы отодвинутой на второй план. Это моя вина. Сейчас я упрекаю себя за это.

Наши отношения с отцом, мамой, братом складывались десятилетиями. Мы не всегда могли понять, как это жена может претендовать на что-то большее, чем ей уже отведено…

Наверное, я начал стареть и думаю теперь, что во многом был не прав. Моего тепла не хватило на человека, который рядом со мной столько лет. Любовь к родителям была у меня на первом месте, работа – на втором.

Мы с Томой недавно подсчитали, что из почти тридцати лет совместной жизни меня не было дома… три года чистого времени! С «Самоцветами» месяцами по стране ездили. Стал известным, популярным – тоже отсутствовал по нескольку недель. А сложить? Получаются месяцы, годы…

Жизнь со мной – это Тамарин подвиг…»

Долгое время супруги жили вдвоем, поскольку завести ребенка никак не удавалось. И только спустя 12 лет после свадьбы – 25 октября 1986 года – у них наконец родилась дочь Настя.

Вспоминает Владимир Винокур: «Двенадцать лет у нас не было детей. Я очень хотел иметь ребенка. Тамара прошла круги ада, но победила – мрачные прогнозы врачей не оправдались. Родилась Настя. Наш поздний ребенок, очаровательная моя клоунесса!..»

Поскольку нянек родители принципиально не заводили, дочку они всюду водили с собой. В основном это делала мама. Уже в три года Настя сидела на прогонах, на спектаклях. Потом и сама стала участвовать в постановках – ее первой ролью стала маленькая Эсмеральда.

Рассказывает Владимир Винокур: «Самое главное, что сделала моя супруга, – воспитала человека без мании величия. Насте было сказано один раз и навсегда: моя фамилия, как бы она ни была известна, в ее делах ей не поможет. Настя знает: ее маме и папе тоже ничего в жизни просто так не давали. Жену с сестрой мать воспитала одна. Тамара жила в интернате при Большом театре, отказывала себе во всем… Я тоже карабкался сам, старался победить. Не поступил в театральное – специально пошел в армию, чтобы поступить потом… Мои друзья были популярнее меня: Хазанов, Лещенко. Я долго трудился, чтобы сравняться с ними…»

Между тем было несколько случаев, когда Тамара могла остаться вдовой. В первый раз это едва не произошло в августе 1986 года. Тогда Винокур со своим старым приятелем Львом Лещенко (они познакомились в начале 70-х) должны были из Новороссийска отправиться в Сочи. Преодолеть этот путь им предстояло на теплоходе «Адмирал Нахимов». Однако за сутки до отправления Лещенко внезапно вызвали в Москву, на вечер какого-то композитора. Оставшись один, Винокур загрустил и, чтобы развеять тоску, всю ночь гулял с коллегами-артистами в гостинице. В результате утро они проспали как убитые, а когда проснулись, узнали, что «Нахимов» отплыл в Сочи без них. И пришлось Винокуру вместе со своим коллективом десять часов трястись на морском трамвайчике и проклинать судьбу за невезение, ведь на теплоходе для них с Лещенко была заказана каюта-люкс. Однако проклятия в адрес судьбы-злодейки продолжались ровно до прибытия артистов в Новороссийск. Там же они узнали страшную новость о том, что минувшей ночью «Адмирал Нахимов» столкнулся с другим судном и затонул вместе со всеми пассажирами. Причем люксовую палубу снесло сразу.