Дэвид Бекхэм - Моя команда

«О чем ты хочешь сказать, мам?»

«Очень удачно, что ты провел сегодня хорошую игру».

«Почему?»

Сегодня я играл в моей команде, которая выступала за район, в «Уолтхэм Форест», причем далеко от нашего Редбриджа. Мне, должно быть, уже стукнуло в тот момент одиннадцать. Мой папа работал и не смог прийти, чтобы понаблюдать за этой встречей, так что отвезла меня туда мама. «Хорошая игра» была, вероятно, одной из лучших среди тех, которые я успел к этому времени провести за эту команду, и помню, каким довольным выходил я потом вместе с остальными мальчиками из раздевалки. Мама ждала меня. Мы неспешно добрались до автостоянки, и я забросил свою сумку на заднее сиденье машины. И только в этот момент я заметил, что у нее на глазах слезы.

— Просто очень удачно сложилось, что ты провел сегодня хорошую игру.

— Ага. Но почему?

— Там был этот человек, разведчик из «Манч Юнайтед». Они хотят взглянуть на тебя.

Я до сих пор все еще помню тогдашний прилив радости и волнения. В этом чувстве присутствовало и облегчение. Я тут же, на месте разрыдался, а после еще долго плакал и плакал. Просто не мог поверить, что мне подвалило такое счастье. Меня потом очень долгое время мучил вопрос, услышу ли я когда-либо снова эти слова: «Он — разведчик из «Манч Юнайтед»». Его звали Малкольм Фиджен. Позже он зашел к нам домой поговорить с моими родителями и объяснил им, что клуб хотел бы испытать меня в Манчестере. А затем, несколько дней спустя, Малкольм подъехал в своем «Форде-Сьерра» коричневого цвета, чтобы отвезти меня на север.

Я обязан Малкольму очень многим. Это он был лондонским разведчиком «Юнайтед» и тем человеком, который взял меня в клуб и присматривал за мной, пока я не перебрался туда на совсем. Тогда я поехал с ним в первый раз и затем ездил снова два или три раза на другие «экзамены». Мне это очень нравилось — оставаться в Манчестере сразу на несколько дней или даже на неделю, все время играя в футбол и разговаривая о футболе с утра до ночи. Я делал все, что мог, чтобы произвести должное впечатление, и работал изо всех сил. В конечном счете, нам сказали, что клуб хочет подписать со мной необходимые бумаги. Однажды вечером у нас дома зазвонил телефон, и папа поднял трубку. Минуту или две спустя он возвратился к нам, а на лице у него было такое выражение, словно он не мог поверить тому, что услышал пару мгновений назад. Еще бы, ведь начинало сбываться то, что всегда было его мечтой, да и моей тоже.

— Это был Алекс Фергюсон.

Все затихли.

Он сказал, что они получили удовольствие от встречи с тобой, что у тебя есть талант и что они считают твой характер нашей общей заслугой — твоей, моей и маминой.

Было еще и продолжение.

— Он говорил, что ты — как раз из тех мальчиков, каких ищет «Манчестер Юнайтед».

Таков был мой первый контакт с человеком, который стал движущей силой в моей карьере. Возвращаюсь мыслями назад, могу сказать, что при всем моем беспокойстве насчет того, захотят они меня взять или нет, я, пожалуй, не был удивлен появлением в моей жизни клуба «Манчестер Юнайтед» именно в тот момент, когда они это сделали, или тем фактом, что этот знаменитый тренер и футбольный менеджер знал, кто я такой. Ведь прошлым летом мне уже представилась возможность играть перед немалым количеством зрителей на «Олд Траффорд».

Мне было десять лет, когда я впервые посетил футбольную школу Бобби Чарльтона. Я видел кадры о ней в документальном фильме «Знак, что пора уходить». Играть в футбол в Манчестере? У Бобби Чарльтона? Полагаю, единственной проблемой, беспокоившей маму и папу в данном деле, был вопрос о том, каким образом раздобыть деньги на покрытие всех необходимых расходов (насколько мне известно, в конце концов заплатил дедушка). В то первое лето все мероприятие было организовано как футбольная школа с проживанием, где собрались сотни детей со всех континентов, разместившихся в университетских студенческих общежитиях на то время, пока их постоянные обитатели разъехались на каникулы.

Продолжалось все это целую неделю, и я очень много играл в футбол, но остальное время чувствовал себя немного потерянным. Родители тоже приехали и остановились у родственников неподалеку от Ливерпуля, а я должен был каждый вечер звонить им по телефону. Меня мучила зубная боль. Я скучал по дому. Эта неделя быстро прошла, оказавшись совсем короткой.