Виктор Прибытков - Черненко

За это время отдел документационного обеспечения из технического подразделения по управлению потоком входящих и исходящих документов и охране государственных и партийных секретов в аппарате превратился, как мы уже говорили, в подразделение с особым статусом. Его задача формулировалась четко и лаконично: обеспечение надлежащих условий нормальной и эффективной деятельности высших партийных органов. А это означало на практике, что без непосредственного участия Общего отдела не могли проводиться заседания Секретариата и Политбюро ЦК КПСС, пленумы Центрального комитета и съезды партии. Важнейший атрибут партийной деятельности — документ, будь то решение Секретариата или Политбюро, постановление пленума ЦК или резолюция партийного съезда, — оформлялся и окончательно выходил в свет только из Общего отдела ЦК.

Прерогативой отдела было оформление протоколов заседаний Секретариатов и Политбюро, стенограмм пленумов, съездов. Под его неусыпным оком находились все документы, в том числе секретные, совершенно секретные, особой важности и «Особая папка». Сотрудники Общего отдела систематизировали их и после исполнения и снятия с контроля отправляли на хранение в Архив ЦК.

Четко отшлифованная под руководством Черненко система работы с документами — от момента их возникновения и постановки на контроль до снятия с контроля и направления в архив — стала строго обязательной не только для всего аппарата ЦК, но и для республиканских и областных парторганизаций.

Уже отмечалось, с помощью каких рычагов создавалась такая система и каких личных усилий это стоило Константину Устиновичу. Решающую роль при этом сыграл вдумчивый подход Черненко к комплектованию своего отдела квалифицированными кадрами. Наряду с опытными сотрудниками, «асами» работы с документами, которые начинали свою деятельность еще при Сталине в Особом секторе ЦК, Черненко сумел привлечь в отдел свежие силы. В основном это были партийные работники низовых звеньев, чаще всего — из райкомов партии Москвы. И особо следует отметить большой «комсомольский призыв», во время которого по рекомендации бывшего тогда первым секретарем ЦК ВЛКСМ Е. М. Тяжельникова около полутора десятка человек пришли под начало Черненко из аппарата ЦК ВЛКСМ. Это были люди с большим стажем аппаратной работы: Борис Мышенков, Василий Минайлов, Борис Наместников, Платон Осокин, Геннадий Павлюков, Виктор Лобусов, Владимир Бутин, Анатолий Попов и другие, пополнившие различные подразделения Общего отдела. В их числе был и автор этих строк. Надо сказать, что за все годы работы под руководством Черненко «комсомольцы» оправдали его доверие и ни в чем не подвели его.

К этому времени окончательно утвердился авторитет Черненко как опытного и пытливого руководителя одного из ведущих подразделений аппарата ЦК. Он был членом ЦК, в состав которого был избран еще на XXIV съезде КПСС, избирался депутатом Верховного Совета СССР. Ему шел 65-й год. Конечно, и ему, и окружающим казалось, что в этом возрасте трудно думать о дальнейшем продвижении по служебным ступеням. Никто тогда и предположить не мог, что «звездное» время Черненко еще только наступало. Однако XXV съезд КПСС внес в партийную карьеру Константина Устиновича неожиданные коррективы: он избирается секретарем ЦК КПСС, и в этом же году за отличную подготовку и проведение съезда ему присваивается звание Героя Социалистического Труда. При этом он остается во главе своего «стратегического объекта» — Общего отдела.

Вообще, пока Брежнев находился у руля, Черненко не выпускал отдела из своих рук. Никто даже помыслить не мог, чтобы Общий отдел возглавил кто-то другой — настолько Константин Устинович считался компетентным и организованным человеком, к тому же близким и преданным Брежневу. Только Черненко! В этом, кстати, видится мудрость Брежнева, которого иногда недооценивают, пытаются представить в его поздние годы чуть ли не выжившим из ума стариком.

Взлет Черненко, безусловно, связан с тем, что Брежнев приблизил его к себе, хотя их отношения касались в основном только служебной сферы и были связаны с потребностью Леонида Ильича опереться в своих делах на верного человека. Их сближение, как мне кажется, заметно ускорилось после того, как Брежнев серьезно заболел. Несчастье это произошло с ним в конце декабря 1974 года, сразу после встречи с президентом США Фордом во Владивостоке. Болезнь была настолько серьезна, что, по свидетельству людей из его окружения, все последующие восемь лет Брежнев испытывал ее последствия и фактически больше «восседал на троне», нежели осуществлял реальное руководство в качестве первого лица в партии и государстве.