В годы, последовавшие за Октябрьской революцией, интерес к Фету заметно упал, поскольку Фет воспринимался как адепт «чистого искусства» и реакционной помещичьей идеологии. До середины 50-х годов Фет издавался только в «Библиотеке поэта», задача которой, поставленная ее основателем М. Горьким, — собрать все, сыгравшее роль в истории русской поэзии. В «Библиотеке поэта» за эти десятилетия вышло «Полное собрание стихотворений» Фета и два издания избранных стихотворений. Тиражи их были для советской эпохи мизерны 5, 10 и 20 тысяч экземпляров. Почти не появлялось и литературы о Фете.
С середины 50-х годов положение стало меняться. Помимо новых изданий в «Библиотеке поэта» (выпущенных тиражами 20 и 50 тысяч экземпляров) вышло два собрания стихотворений, не полных, но включивших все, что сам Фет признал достойным включения в итоговое собрание своих стихов, с некоторыми дополнениями. бе книги вышли тиражами по 100 тыс. экземпляров. Тиражом 50 тысяч экземпляров вышел небольшой сборник стихотворений Фета в серии «Сокровища лирической поэзии».
В 1971 г. в серии «Литературные памятники» тиражом в 50 тысяч экземпляров вышло переиздание четырех выпусков «Вечерних огней» с присоединением стихов, которые должны были войти в неосуществленный пятый выпуск.
Вопрос о ценности писателей прошлого решает время. При жизни мало читаемый и чтимый, Фет для нас — один из значительнейших русских лириков. Фет сравнивал себя с угасшими звездами (стихотворение «Угасшим звездам»), но угасло много других звезд, а звезда поэзии Фета разгорается все ярче.
Некрасов Н. А. Полное собрание сочинений и писем В 12 т. М., 1948–1953. Т. 9. С. 279.
Боткин В. П. Сочинения В 3 т. СПб., 1890–1893. Т. 2. С. 368.
2 июля 1889 г. Фет писал Я. П. Полонскому «…мое солдатенковское издание разошлось в течение 26-ти лет только в тысяче двухстах экземплярах». — Письма Фета Полонскому хранятся в Архиве Института русской литературы (Пушкинского Дома) Российской Академии наук
Григорович А. К биографии А. А. Фета (Шеншина) // Русская старина. 1904. № 1. С. 167. — Это перевод выписки из письма, перлюстрированного московским почт-директором, следившим за перепиской русских людей с иностранцами.
С этими письмами получил возможность ознакомиться покойный исследователь биографии Фета Г. П. Блок. Местонахождение их в настоящее время неизвестно. Я привожу цитаты по неизданному труду Г. П. Блока «Летопись жизни А. А. Фета». Машинописный экземпляр этого труда хранится в Архиве Пушкинского Дома.
Впоследствии, уже в 25-летнем возрасте, Фет был принят в русское подданство.
«Знакомые и дворовые Аф. Неоф. Шеншина говорили мне, что жену свою Елисавету Петровну он купил за сорок тысяч рублей у ее мужа» (Н. Черногубов. Происхождение А. А. Фета С. 530).
Так, он рассказывает о приезде в Москву в 1841 г. своего дяди Эрнста Беккера в качестве адъютанта принца Александра Гессенского (Ранние годы моей жизни. С. 197.
Мать его была немкой еврейского происхождения» (Полонский Я. П. Мои студенческие воспоминания // Ежемесячные литературные приложения к «Ниве». 1898. № 12. С. 643.
Н. П. Лузин, дальний родственник Шеншиных и крестник, племянницы Фета О. В. Шеншиной-Галаховой, пишет «От моей матери я слышал такой рассказ в молодые годы О. В. Шеншина, моя мать, Д. А. Офросимов, бывая в имении у Фета, говорили ему, что он похож на еврея… По словам мамы, он очень сердился и всегда им говорил „Я — не еврей, а потомственный дворянин — Шеншин"» (Письмо Н. П. Лузина ко мне от 27 января 1971 г..
В рассказ Григорьева включены отрывки, быть может, литературно обработанные, но несомненно восходящие к личным дневникам Григорьева. Это вообще характерно для его беллетристики. См. об этом в комментарии В. Н. Княжнина в книге «Аполлон Александрович Григорьев Материалы для биографии», с. 370. Фет изображен в рассказе Ап. Григорьева «Другой из многих» (1847). В этот рассказ включены и подлинные письма Фета. См. об этом в моей статье «„Гимны" Аполлона Григорьева» (Бухштаб Б. Я. Библиографические разыскания по русской литературе XIX века. М., 1966. С. 34.
Так, известно, что в студенческие годы он бывал в литературных салонах поэтессы Каролины Павловой, поэта Федора Глинки, был знаком с Аксаковыми, Герценом, Грановским, Боткиным.
Читать дальше