Софья Островская - Дневник

Сарты – оседлая часть узбеков.

Роман «Домби и сын» (1848).

Ср.: «Борис Михайлович [Энгельгардт] был крупным историком литературы, переводчиком, очень образованным и прелестным человеком. В блокаду он принес в наше убежище “Большие надежды” Диккенса в своем переводе – только что (и очень неуместно) вышедший том. Эта книжка была надписана моим родителям, и указано, в какой день она подарена. И вы не поверите, во что она превратилась. Знаете, как иногда выглядят бульварные романы: такие пухлые – их прочли сотни людей. Книжку прочло все убежище» (Петербург Ахматовой: семейные хроники. Зоя Борисовна Томашевская рассказывает. СПб., 2000. С. 34–35).

«По постановлению Совета Народных комиссаров Союза ССР организован Совет по делам русской православной церкви для осуществления связи между Правительством СССР и патриархом Московским и всея Руси по вопросам русской православной церкви, требующим разрешения Правительства СССР» (Ленинградская правда. 1943. 8 окт.).

С ноября 1943-го до конца 1944 г. Гнедич была деканом факультета иностранных языков Ленинградского государственного педагогического института им. А.И. Герцена.

То есть из польского города Закопане.

Сверхчеловеческая сверхсущность (лат.).

«Часы досуга» (англ.) (1807) – поэтический сборник Байрона.

Надменность (лат.).

Когда под свои воздушные своды

Пушкинское общество в Ленинграде действовало в 1931–1952 гг. Оно занималось проведением чтений и лекций о Пушкине в рабочих клубах и домах культуры, охраной пушкинских памятных мест, изучением жизни и творчества Пушкина и т. д.

О святое одиночество! О одинокая святость! (лат.).

В январе 1945 г. начальник УНКВД ЛО П.Н. Кубаткин с грифом «совершенно секретно, лично» направил первому секретарю Ленинградского обкома и горкома партии А.А. Кузнецову составленную по агентурным данным справку на сотрудника Особого сектора Ленинградских ОК и ГК ВКП(б) М.С. Бакшис: «…Бакшис считает, что благодаря неправильному руководству “тотального властелина”, “всесоюзного самодержца”, который ни в ком больше не вселяет доверия, кроме скрытой ненависти и страха, страна ввергнута в непростительную войну <���…>.

Бакшис обвиняет его в азиатском подходе к людям и государству, в отсутствии чувства меры и такта, в чрезмерном самолюбовании и невиданном в мире самообожествлении, в искажении темпов коллективизации и индустриализации, давших якобы плачевные результаты, и в полном нарушении программы партии, ее устава и учения Владимира Ильича…

Бакшис полагает, что если еще и сохранились какие-то возможности для спасения партии и советской системы, то они заключаются в скорейшей смене высшего руководства и всей внешней и внутренней политики страны.

Бакшис отрицательно отзывалась и о Красной Армии, заявляя: “Бойцы новых наборов сражаются плохо – воевать вообще не хотят. Они недовольны правительством, ввергшим их в такую страшную войну. Они недовольны командирами, в минуту опасности первыми удирающими с фронта. Они погибают молчаливо сотнями тысяч, а между тем погибать им в сущности не за что и защищать нечего, кроме голодного существования в колхозе, без личного будущего и без уверенности в завтрашнем дне”.

Бакшис утверждает также, что ВКП(б) находится в периоде перерождения, которое, как она заявляет, началось давно… со смерти Ленина. В этой связи Бакшис говорила:

“Наша партия, как Ленинская партия, видимо перестала существовать. Название только сохранилось. А теперь надо ожидать, что и гимн наш переменят по приказу «лица»”.