Петроний Аматуни - Требуется король

— Вот и со мной такое происходит.

— А как же ты вчера проиграл? — хитро спрашивает Дэ-Семь. — Забыл команду дать своему волшебству? Василько плечами пожал: не знаю…

— У нас волшебство только на том берегу действует, — пояснил Дэ-Семь, — а тут — нет… Да закинь ты это свое волшебство. Не знаю, в чем оно у тебя… Живи сам!

— Закинул.

— И чо?

— Не проходит…

— Ишь ты! Прилипло как… Однако пора нам: слышь, сбор трубят? Сейчас тренировка предстоит. Хозяин, что там с нас?

Вернулся я с той стороны к обеду. Василько произвел на меня приятное впечатление, хотя выглядел скучным. Поговорили мы о шахматах, особенно о роли пешек в игре, и расстались.

После обеда я снова был у трона Каиссы. Народу собралось не меньше вчерашнего, все происходило так же торжественно; опять состоялся красочный парад, в честь уже следующего — за неудачным «царствованием» Василько — короля черных № 1001.

И наконец началась долгожданная партия. Долгожданная не только для меня и Василько. Любители шахмат, накануне освиставшие Василько, теперь сочувствовали ему и желали отличиться.

Наверное, и в шахматах судьба непостоянна… Игра началась стремительно, но все время атаковали черные. Фигуры белых разбегались в страхе кто куда и гибли одна за другой без всякого, как мне казалось, плана и цели.

Толпа вокруг нас бушевала и была на стороне белых, сочувствуя попавшим в беду. Только Каисса оставалась спокойной и даже порой улыбалась.

Правда, когда я присматривался в бинокль к королю белых, то не находил на его лице ни малейших признаков волнения!..

«Ну и нервы!» — думал я.

Не прошло и часа, как на квадрате № 1001 сложилось странное положение: все фигуры черных и все их пешки были целы и сосредоточились в правом дальнем от нас углу, вокруг своего короля, и в левом ближнем, где стеной зажали короля белых.

Из всей армии этого несчастного монарха сохранилась лишь одна пешка! Это был Василько, стоявший сейчас на поле дэ-7, том самом, где в начале игры находился знакомый ему (да и нам с вами) солдат.

Ход белых… Посмотрите на рисунок…

Всем стало ясно, что Василько сейчас станет ферзем, но, к сожалению, это уже не спасет белого короля от скорого и неминуемого поражения.

Василько оглянулся на своего короля, но он был далеко, и предстояло самому принять окончательное решение.

Вот уже судья поднял сигнальный флажок, давая понять, что время на размышление истекает… и Василько смело шагнул на поле дэ-8; мгновенно взвился дымный смерч, скрывая от взоров тайну превращения пешки в фигуру, и все мы замерли в ожидании.

Прошла еще секунда, смерч поднялся в небо, и все увидели не ферзя, как ожидали, а великолепного белого коня и на нем Василько.

Черные сделали какой-то ход (вообще-то у них теперь не было выбора), Василько направил своего коня на поле эф-7 и… объявил мат! [11] Эта шуточная задача взята автором из книги М. Юдовича «Занимательные шахматы». М., «Физкультура и спорт», 1962, с. 8, левая диаграмма.

Такой партии, скажу я вам, мне не доводилось видеть ни разу. Всего я ожидал, только не победы обреченного короля белых. Если бы не Василько — его постигло бы бесславное поражение.

И не слышал я никогда такой овации, какую устроили болельщики! Каисса совсем повеселела и приказала приветствовать победителя салютом из шестидесяти четырех пушек.

Наградой ему стало возвращение домой.

Немного погодя попрощался и я с Каиссой и любезным церемониймейстером, зашел за трон и негромко произнес:

— Инутама, инутама, акчолё!..

Сегодня у меня удивительный день: столько событий ожидает очереди, чтобы попасть в мою повесть, и так легко пишется, что даже некогда поесть!

И что интересно: после того как мы с Василько возвратились по домам — я полагал, что на этом конец нашей повести. Как бы не так…

Открываю свежий номер городской вечерней газеты и читаю, представьте себе, следующее:

Сегодня в 19 часов в областном шахматном клубе состоится встреча с международным гроссмейстером товарищем Венивидивициным. Желающие смогут принять участие в сеансе одновременной игры на 50 (пятидесяти) досках.

«Неужто, — думаю, — он, Главный Инженер Восемью Восемь, брат церемониймейстера? Надо сходить…»

Вечером в шахматном клубе собралась уйма любителей. Венивидивицин пришел за пять минут до начала игры и встречен был вежливыми, но жидкими аплодисментами, потому что никто не знал его.