Пищальник опускается на корточки рядом с Рыбарем.
— Ты уже сейчас чувствуешь сильнейшую боль. Но она ничто рядом с той, что придет. Я облегчу твои страдания, если ты еще раз скажешь мне, куда ушел сказочник. Скажешь правду.
На губах Воги пенится кровь. Внутри него все разорвано в клочья. Он понимает, что скиталец не лжет: смерть будет медленной и ужасной. Значит, и ему не стоит лгать.
— Я сказал тебе все, как есть, — хрипит он. — Сказочник ушел к Южной Заставе. Похоже, ему нужно на север, в Россыпь. Дорога, которую я ему показал, короткая, но опасная. На ней хозяйничают вольные артели. Они не любят чужаков.
— Нигде не любят чужаков, — рассудительно замечает скиталец. — А сказочник чужак повсюду.
Он протянул руку и прижал пульсирующую жилку на шее Воги. Тот всхлипнул, закатил глаза и отошел. Быстрая и легкая смерть.
Пищальник тоже держал свое слово.
На лесной поляне горел костерок. Упитанная тушка кролика, пронизанная вертелом, исходила жиром на угли. Вокруг костерка сидели пятеро, вида самого бесшабашного. Все при оружии, у одного на коленях многозарядное ружье валитского образца. Поодаль валялся изрядный мешок, туго набитый и перехваченный зачем-то посередине веревкой.
Тот, что с ружьем, говорил сказ. Четверо внимали.
• • •
На седьмой день впереди показалась гора, внутри которой был дом Хозяйки Зимы. Тут скальд увидел в небе падающую звезду и придумал историю. В ней звезда была сделана из черного льда. Лед был непростой, он похищал тепло сердец и заменял его звездным холодом. Люди звездного холода не знали ни любви, ни дружбы, только служение трем Хозяевам Льда. Хозяева же, в свою очередь, служили древней машине, в чьей ненасытной топке сгорали миры. Гореть бы там и миру, на который упала звезда, но на пути Хозяев встали великан-молотобоец, карлик-механик, лесной воин и мальчик с сердцем мужчины. Еще им помогали и мешали благородные лорды, повелевавшие магией драгоценных камней, стальные шагающие машины и дед-сова, древний, как тайга.
Если в прошлой истории любовь жила в воспоминаниях, то в этой она была единственным оружием, способным бороться с холодом небесных бездн. Любовь сына к отцу, мужа к жене, народа к земле. Любовь растапливала лед и одерживала победу.
— Ты вновь удивил меня, сказочник, — сказала Хозяйка. — Пусть любовь незнакома мне, но я поверила в нее, пока ты говорил. Какую награду ты хочешь? Проси, но будь осмотрителен.
• • •
Лежавший в сторонке мешок шевельнулся и замычал. Человек с ружьем прервался, недовольно посмотрел в его сторону.
— Будешь бузить, суну в костер, — сказал он.
Движение в мешке утихло. Сказ продолжился.

Взгляд ее стал исполнен грусти. «Я предупреждаю тебя, сказочник. Стоит мне поцеловать тебя, и я навсегда завладею твоим сердцем».
• • •
Глядя в ее лицо, открытое для него ночью и днем являвшееся ему во снах, сказитель попросил поцелуй Хозяйки Зимы. Он давно уже не мог помыслить ни о чем другом.
Взгляд ее стал исполнен грусти.
— Я предупреждаю тебя, сказочник. Стоит мне поцеловать тебя, и я навсегда завладею твоим сердцем. Осколком льда оно будет лежать в моей подгорной сокровищнице и никогда не забьется для другого человека. Твоей же человеческой любви не растопить лед в моей груди. Проси другой награды. Проси, чтобы я отпустила тебя и вернула весну в твой край. Проси вечную молодость и корону Озерного Града. Проси что хочешь, но не проси целовать тебя.
— Стоит мне закрыть глаза, я вижу твои губы, Хозяйка. Я поднимаю веки и вижу твои глаза, холодные и чистые, как рассвет. Ты манишь меня, и я не узнаю покоя, пока не изведаю истинный вкус Зимы.
— Ты знал покой, глупец, — сказала она и поцеловала сказителя в губы.
Холод вечных льдов на краю мира вошел в его грудь. Чтобы поселиться там навсегда.
• • •
— Любопытство не доводит до добра, — сказал человек с ружьем. — Спросите хоть у нашего нового гостя.
Четверо обернулись и посмотрели на скитальца, вышедшего из лесной тени.
— Подходи ближе, странник, погрейся у костра, — пригласил пятый артельщик. Он, очевидно, был за главного. — Камыши нашептали мне, что ты учинил разгром и разор в «Лисьем логове». Пухом земля Воге и его ребятишкам. Славная была ватага.
— Новости расходятся быстро в ваших краях, — только что скиталец был между деревьев, и вот он возле костра: лицо скрыто соломенной шляпой, руки под плащом. Никто не видел, как он подходит, будто разом перепрыгнул он из тени в тень. Артельщики зашептались, отодвинулись от скитальца. Только их главный остался невозмутим. — Значит, ты знаешь, зачем я пришел.
Читать дальше