Александр Парфентьев - Торпи

Он беспокойно заметался по комнате между кроватью, с которой доносилось тяжёлое дыхание больной хозяйки, и дверью, ведущей в таинственную глубь большого дома. Где-то там бродит сейчас сердитый Компотик… А вдруг он попал в беду? Торпи резко остановился и прислушался. Но шум водопада за окном заглушал все другие звуки. Если человек нападёт на Компотика с палкой, что должен делать друг? Если, конечно, это настоящий друг? Он должен вцепиться человеку в ногу! Другого не дано! А если палка будет в руке маленькой хозяйки?..

Торпи завертелся на месте, разрываемый на части вопросом, на который никак не мог найти ответа. Наконец, малыш решился. Он ведь был настоящим бобром и не мог долго сидеть без дела.

Торпи запрыгнул на кровать и ещё раз обнюхал девочку. Затем побежал к двери. У первой ступеньки он не успел затормозить и плюхнулся мордой вниз, больно стукнувшись носом. Да он и не спускался никогда по лестницам, откуда ему было знать, что это делается боком! Помучившись немного, бобренок научился бочком сползать по ступенькам, и они привели его в коридор, в конце которого тусклыми дождевыми разводами светилось окно. Торпи двинулся вперед, принюхиваясь к следам Компотика. В середине пути след крысёнка оборвался. Торпи обнюхал всё вокруг, но ему не удавалось уловить запах друга. Он не знал, что крысенок прошмыгнул под дверь одной из комнат, выходивших в коридор.

Торпи сделал несколько неуверенных шагов дальше и вдруг явственно услышал позади себя глухой стук и вслед за этим — тонкий крысиный писк. Бобренок прижался к стене и обернулся. Одна из дверей распахнулась. В коридор вышел человек с палкой. Палка была длинная и толстая, Торпи притих, разглядывая её. Но тут он вздрогнул. В другой руке человек держал Компотика! Он держал его как-то нехорошо, за хвост, и крысёнок висел вниз головой, по-дурацки вывернув лапы в стороны. Глаза его были закрыты.

— Компотик! — закричал Торпи.

Он отчаянно бросился под ноги человеку, который от неожиданности вскрикнул и выпустил крысёнка. Торпи изловчился, подставил другу спину, и поэтому при падении Компотик не сильно ударился.

— Компотик…

Торпи лизнул его в мордочку тёплым языком, и его несчастный друг открыл глаза.

— А, это ты… — пропищал крысёнок. — Ну вот, видишь?.. Кто был… — его лапы судорожно дёрнулись, — прав?..

— Ты был прав, ты!

Компотик слабо улыбнулся.

Глаза он закрыл, потому что ему трудно было смотреть на бобрёнка. А Торпи смотрел на него и плакал. Слёз него не было, ведь звери плачут не так, как люди, горе сначала переполняет им нос, потом режет горло и заползает внутрь и наполняет их до самого кончика хвоста. Если б люди знали, как это больно, они бы никогда не брали в руки палку!

— Прощай… — услышал Торпи последнее слово друга, и тут же почувствовал сильную боль в боку. Это человек отшвырнул бобренка ботинком в сторону:

— Брысь! Шастаешь тут под ногами!

Но Торпи не убежал. Он приготовился к схватке. Когда рука человека протянулась, чтобы снова взять Компотика за хвост, Торпи бросился на неё и вонзил в мягкую кожу свои острые зубы. Он даже удивился, как легко она проткнулась.

— Ах ты, дрянь! — громыхнул человек, отдёрнув руку.

Бобрёнок увидел занесённую над своей головой палку и зажмурился. Сейчас рука с силой опустит её, и всё кончится. Потом человек так же возьмёт его за хвост, и Торпи будет болтаться в воздухе вниз головой, растянув лапы в стороны…

Но этого не случилось. Палка ударила в рядом с бобрёнком и с треском сломалась.

— Сейчас вернусь и выброшу тебя на улицу! — прогрохотал человек. — С тебя начались все наши несчастья в доме!

Он снова поднял Компотика за хвост. Когда окно распахнулось, барабанная дробь дождя оглушила бобрёнка, но страшная догадка, что собирается сделать человек с его бедным другом, оглушила Торпи ещё больше. Он кинулся к окну, но было уже поздно. Маленькое тельце на миг блеснуло в чёрном проёме и исчезло в дождевом потоке.

Человек отвернулся от окна и пристально посмотрел на Торпи.

— И как это я разрешил дочери брать тебя в постель? Ты едва не лишил меня руки, просто палач какой-то! Прибить тебя, да и не мучиться… Скажи спасибо моей дочери, не трону я тебя. Сердце у Алинки доброе, обещал я ей, что выпущу тебя на волю.