Игорь Кон - Бить или не бить?

Другой шестиклассник, Крис Эдвардс, сказал: «В общем, я считаю порку справедливой. У меня был трудный период в пятом классе, когда меня выпороли пять раз. Я считал это несправедливым, но думаю, что должна быть дисциплина. Я принимаю ее. Это очень хорошая школа».

В последующие несколько лет, может быть отчасти под влиянием скандала, старшеклассников стали пороть реже, но общие тенденции сохранились: порке подвергалась сравнительно небольшая часть учеников, зато многие из них получали ее в течение года неоднократно. Почему? Общество STOPP видело в этом доказательство неэффективности телесных наказаний, которые не удерживают мальчиков от новых проступков. Создатель главного всемирного «порочного» сервера Колин Фаррелл, обобщивший все эти данные, с такой интерпретацией не согласен. По его мнению, цифры, скорее, доказывают, что информация о порке соучеников удерживает большинство мальчиков от совершения подобных поступков, тогда как меньшинство, состоящее из наиболее упрямых мальчиков, нуждается для усвоения урока во второй или третьей порции (http://www.corpun.com/purley.htm).

Опровергает Фаррелл и миф, будто запрещения телесных наказаний добивались сами учащиеся. Как правило, этого требовала небольшая и крайне нерепрезентативная часть школьников, которыми манипулировали более старшие молодые люди левых убеждений. Согласно опросу 453 молодых людей, проведенному в 1977 г. газетой «Observer», половина из них (222 человека), включая 102 юношей, которые сами подвергались порке, высказались за сохранение в школе телесных наказаний (http://www.corpun.com/counuks.htm).

Тем не менее многим мальчикам порка не импонировала. Вот как отвечал на вопросы журналиста Владимира Познера (26.12.2010 г.) популярный британский рок-музыкант и актер Стинг (родился в 1951 г.), учившийся в католической школе:

Стинг: Я был хорошим учеником, я упорно занимался, но это было не самое лучшее образование, совсем даже.

Познер: В то время – не знаю, как сейчас, – в ходу были телесные наказания. Вас били?

Стинг: В каком-то классе я за год получил сорок два удара розгами. Это почти как порезы от ножа – они очень тонкие, и учителя нас частенько били. За раз можно получить шесть ударов, три можно вынести, четвертый – это мучительно, на пятом ты хочешь убить того, кто делает это с тобой, на шестом ты теряешь всякое уважение к авторитетам. Это было очень жестоко, почти как в Средневековье – я не испытываю ни к кому за это благодарности.

Познер: Это как-то воздействовало на вас? Помимо физической боли?

Стинг: Безусловно. Это заставило меня усомниться в самой идее милосердного Бога, как минимум в его наместниках на Земле – это казалось мне очень жестоким. Я по-прежнему переживаю.

Расставание Великобритании с телесными наказаниями сильно затянулось. В государственных школах и в частных, получавших частичное финансирование от государства, они были законодательно запрещены в 1987 г. На частные школы запрет распространился лишь в 1999-м в Англии и Уэльсе, в 2000-м в Шотландии и в 2003-м в Северной Ирландии, причем не все британцы его одобряют. Каждый пятый (22 %) из опрошенных в 2008 г. 6 162 британских учителей, сказал, что в крайних случаях порка необходима. Многие британцы даже считают, что запрет телесных наказаний способствовал общему снижению дисциплины в школе. Что же касается телесных наказаний в родительской семье, то они в Англии до сих пор остаются легальными, за что ее постоянно критикует Совет Европы. Тем не менее процесс пошел.

Эмпирические данные о степени распространения в Англии телесных наказаний противоречивы. Судя по результатам большого исследования, проведенного министерством здравоохранения в 1990-х годах, телесные наказания детей, порой жестокие, в английских семьях часты. В целом такой опыт имели 91 % детей. Лишь 25 % младенцев до одного года матери никогда не шлепали, 14 % шлепали «умеренно», а 38 % – чаще, чем раз в неделю. Старших детей физически наказывают реже. Проведенный Национальным обществом по предотвращению жестокого обращения с детьми опрос 1 000 взрослых (апрель 2007 г.) показал, что 77 % взрослых считают, что шлепанье детей стало менее приемлемым, чем раньше. Хотя 41 % респондентов в последние пол года видели, как матери шлепают своих детей в магазинах, 93 % хотели бы, чтобы такие действия пресекались. В другом опросе, проведенном в Шотландии, 7 % взрослых признали шлепанье детей оправданным, 20 % прибегали к нему в последние полгода, а 36 % угрожали детям, что нашлепают их; однако 90 % респондентов сказали, что предпочитают «обсуждать» со своими детьми возникающие проблемы, не прибегая к силе.