Игорь Кон - Бить или не бить?

Обсуждая антропологию и историю телесных наказаний детей, мы выяснили, какие социальные и культурные факторы способствуют их распространению и поддержанию. Теперь попытаемся оценить их социально-педагогические результаты и психологические последствия.

Консервативное сознание не склонно утруждать себя критической проверкой привычных, устоявшихся суждений: если нечто написано в священных текстах или логически вытекает из авторитетной теории, значит, так оно и есть. Плюс исторический аргумент: так думали и/или так поступали наши предки! В авторитарной системе воспитания ценен не столько конкретный результат, сколько само по себе послушание.

Наука этим удовлетвориться не может. Психологам, социологам и врачам-педиатрам недостаточно знать, что люди верят в пользу телесных наказаний, им нужны эмпирические доказательства: каков этот воспитательный эффект, насколько он велик и от чего он зависит? Иными словами, нужно выяснить:

– оправдывает ли выбранное наказание родительские ожидания (ожидаемый эффект);

– не имеет ли оно каких-либо побочных, непредвиденных и, возможно, нежелательных последствий (неожиданный эффект);

– является ли то и другое краткосрочным или долговременным.

Вопросы эти возникли не вчера. Выдающиеся американские психологи Ричард Сирс, Элинор Маккоби и Харри Левин обнаружили несовпадение реальных результатов с педагогическими ожиданиями уже в 1950-х годах. При сопоставлении а) дисциплинарных практик нескольких сотен белых родителей из рабочей среды и из среднего класса, б) мотивов, по которым они выбрали именно эти практики, и в) того, как эти практики повлияли на поведение их пятилетних детей, выяснилось, что дети, которых родители контролировали строже, выросли менее послушными, чем дети, которым была предоставлена большая свобода.

За прошедшие пятьдесят с лишним лет в США и в других странах (но не в России!) проведены сотни больших и малых исследований, в том числе несколько лонгитюдов и метаанализов (Gershoff, 2002; Paolucci, Violato, 2004; Larzelere, Kuhn, 2005) эффективности разных форм семейной дисциплины, включая телесные наказания. В целом, их результаты оказались не в пользу телесных наказаний.

Одно из первых солидных исследований было проведено в Калифорнии Институтом развития человека Университета Беркли в рамках проекта Family Socialization and Developmental Competence Project (FSP) под руководством Дианы Баумринд. Целью этого двенадцатилетнего исследования было выяснить, как разные практики семейного воспитания влияют на социальное и умственное развитие детей. Выборка состояла из родителей и детей из одних и тех же семей белых американцев среднего класса. В 1968 г. были проинтервьюированы 134 четырехлетних ребенка и их родители. В 1972 г. 104 ребенка из первоначальной когорты и их родители были опрошены вторично; кроме того, была исследована вторая группа, состоявшая из 60 девятилетних детей и их родителей. В 1978 г. 89 детей из первой и 50 детей из второй когорты снова были обследованы. На всех трех этапах помимо ребенка опрашивался один, а то и оба родителя. После третьего этапа, когда испытуемым было уже около 25 лет, с ними еще раз говорили по телефону. Во избежание субъективных оценок родительские дисциплинарные практики измерялись с помощью специальной шкалы.

Согласно теории Баумринд, стиль родительства имеет два главных аспекта. Первый – родительская отзывчивость (parental responsiveness) показывает, насколько хорошо родитель реагирует на нужды ребенка. Второй – родительская требовательность (parental demandingness) фиксирует уровень родительских требований к ребенку, ожидание от него более зрелого и ответственного поведения. Сочетание этих двух осей дает четыре стиля родительства (Baumrind, 1967).

1. Снисходительные (пермиссивные) родители скорее отзывчивы, чем требовательны. Они избегают конфронтации с ребенком и поощряют его к самостоятельности. Их дети чаще вырастают дружелюбными, отзывчивыми и креативными, но также вербально импульсивными, агрессивными, склонными и сопротивляться установлению каких бы то ни было границ.

2. Авторитарные родители очень требовательны, директивны и неотзывчивы. Выше всего они ценят в детях послушание и порядок, создавая для этого хорошо организованную и структурированную, с ясно сформулированными правилами, среду. Эти люди очень назойливы и употребляют агрессивные методы разрешения конфликтов, а их дети часто склонны к перемене настроений, боятся новых ситуаций, и у них низкое самоуважение.