Жизнь в деревне дала Любови Фёдоровне и нечто другое, не только привычку к неустанному труду. Там открылась ей красота русской природы, и она научилась слышать её таинственный голос. Там накапливала она в памяти увиденное и пережитое, что потом войдёт в её книги, обернётся запоминающимся образом и точной деталью, наполнит их тёплым дыханием земли. Оттого так проникновенны и поэтичны её описания природы и людей труда, образно и свежо слово, которому она училась у народа.
Сколько она себя помнила, ей всегда хотелось писать и рисовать, "до страсти" - её любимое слово. Ещё в раннем детстве как-то неожиданно для самой себя сочинились первые стихи. С тех пор всё постепенно становилось поэзией, приобретало ей одной видимые краски.
Всё сильнее одолевала мысль о большом, просторном мире - мире творчества. Она верила в своё призвание и делала всё, чтобы сберечь его, не расплескать попусту.
И наконец-то она снова в Москве. "Это была трудная, каменистая тропинка в моей жизни, - вспоминала о тех годах Любовь Фёдоровна в автобиографии, - но я верила, что выберусь на широкую дорогу".
Широкой дорогой была для неё литература; Она упорно шла к своей заветной цели. Бралась за любую работу, чтобы было на что жить, а по ночам писала. И пока всё "не своё", нечто далёкое от реальной жизни: роман об испанских грандах, диковинные сказки, поэмы. Ей думалось тогда, что литература призвана рассказывать о чём-то необычном, не будничном, красивом, чтобы забыться от забот дня сегодняшнего.
В литературном кружке, где она стала бывать по вечерам, её заметили и помогли выйти на свою "зарубку". Она написала стихи про домашнюю работницу Варвару, судьба которой напоминала её собственную. Стихи были опубликованы в "Комсомольской правде".
С тех пор жизнь её переменилась: она стала журналисткой, много ездила по стране, писала о сельских тружениках. Это было ей близко и знакомо, была невыдуманная жизнь, в которой она участвовала всем сердцем.
В 1940 году вышла первая книга Любови Фёдоровны - "Шурка", тонкая, всего одиннадцать крошечных рассказов, но в ней уже проявилось основное, характерное для творчества писательницы - любовь к природе и людям, доброта, чистый, прозрачный язык.
После "Шурки" она задумала новую книгу для детей - "Солнечный денёк". Но осуществить замысел помешала война. Уже нельзя было писать о радостном, безоблачном детстве девочки Тани и её друзей. Наступило время других героев.
Одна за другой стали выходить у Любови Фёдоровны Воронковой книги о войне: "Лихие дни", "Лесная избушка", "Девочка из города", "Село Городище".
Повесть "Девочка из города" сразу же принесла автору большую известность. Написанная в суровом 1943 году, она и до сих пор трогает сердца детей и взрослых. Потому что талантливо рассказывает не только о великом бедствии, но и о великом мужестве народном, которое помогает выстоять в лихие времена, возвращает веру в жизнь.
Не осталась одинокой в своём горе героиня повести Валентинка, у которой погибла мать. Чужие люди из села Нечаево пришли к ней на помощь, взяли в свой дом.
Трудно приживалась девочка из города в приютившей её семье - автор говорит об этом правдиво. Трудно было назвать матерью полюбившую её всем сердцем Дарью Шалихину. И всё-таки пришёл светлый день. Вместе с весной оттаяло и сердце девочки, она назвала добрую, терпеливую женщину мамой.
В повести "Девочка из города" - всё от самой жизни, ни слова выдумки. Любови Фёдоровне довелось видеть в войну таких вот, как Валентинка, детей-сирот, на долю которых выпало недетское горе. Встречала она и женщин, похожих характером на Дарью Шалихину - чутких, отзывчивых, мудрых, всегда готовых прийти на помощь тому, кто больше всего в этой помощи нуждается.
Всё лучшее в человеке ярче всего проявляется в годы тяжких испытаний. Это снова и снова утверждает повесть "Девочка из города".
До сих пор пользуется признанием у читателей ещё одна книга о войне Любови Фёдоровны Воронковой - "Село Городище". Вот как возник её замысел. В редакции "Пионерской правды" попросили Любовь Фёдоровну написать очерк о том, как налаживается жизнь в освобождённых от фашистов селениях. Она тотчас же отправилась в свою трудную поездку. Страшные картины увидела она: сожжённые дотла сёла - лишь остовы печей торчат. А вокруг обугленные деревья, заросшие, ещё не разминированные поля, изуродованные взрывами машины...
Увидела она и людей, вернувшихся домой. Были они измучены всем пережитым, плохо одеты, разутые, полуголодные, но не сломленные, сильные духом, полные желания поскорей наладить на разорённой земле жизнь, построить дома, засеять поля.
Читать дальше