Сара Элфгрен - Круг

На директрисе темно-серый костюм с большой серебряной брошью на лацкане, очевидно старинной. Блуза цвета слоновой кости застегнута под горло, черные волосы безупречно уложены. Лицо, как всегда, тщательно накрашено. Ребекке приходит в голову, что многие, наверное, считают директора красивой женщиной.

– Садись, – говорит Адриана Лопес, коротко улыбаясь холодной улыбкой.

Ребекка садится в кресло, стоящее возле письменного стола. Директор смотрит ей прямо в глаза, но вдруг ее взгляд отвлекается на что-то.

– Извини, – говорит она и тянется за волосом, приставшим к шерстяному свитеру Ребекки. – Я немного педант.

Ребекка не знает, что сказать.

– Ты наверняка гадаешь, о чем я хотела поговорить с тобой, – говорит директриса и кладет волос в мусорную корзину.

– Нет. Я думаю, что знаю о чем.

У директрисы темные глубокие глаза.

Камень на сердце никуда не исчез. Ребекка с трудом выдавливает из себя слова.

– Кто вам рассказал?

– Рассказал что?

– Юлия или Фелисия? Может, Ида? Или медсестра? Она имеет право рассказывать? Или Мину?

Зачем она назвала Мину? Она ведь хочет ей доверять, должна доверять, если они друзья. Но почему у Мину был такой виноватый вид?

– Что они должны были рассказать о тебе? – спрашивает директриса.

Ребекка чувствует, что вот-вот заплачет. Она плотно сжимает веки.

А может, отпустить ситуацию? Позволить себе упасть и посмотреть, поймают ли они ее. Перестать бояться, что ее тайну разоблачат. Разоблачить ее самой.

– Я думаю, лучше будет, если мы начнем все сначала, – говорит директор.

Ребекка открывает глаза. Растерянность на лице Адрианы Лопес кажется искренней, и Ребекка думает, что, возможно, ошиблась. Может, это и правда обычный разговор?

– Ребекка, как ты думаешь, о чем я хотела поговорить с тобой?

И сразу признание становится невозможным. Тайна снова берет ее в свои тиски. Ребекка поднимается с кресла, на ходу подхватывая сумку.

– Извините, мне нужно выйти, – говорит она.

– Подожди, – слышится голос Адрианы Лопес, но Ребекка уже закрывает за собой дверь.

Она бежит по коридору к главной лестнице. Густав ждет ее внизу в вестибюле. Ждет, чтобы снова убедить в том, что все хорошо. Но онa не может встретиться с ним сейчас. Сейчас она на грани паники. Ей нужно немного побыть одной.

Ребекка продолжает идти вверх по лестнице, сворачивает в коридор. И тут силы вдруг покидают ее. Она прислоняется к стене и медленно сползает вниз.

Сердце бешено колотится.

Только сейчас она понимает, куда пришла.

Прямо напротив – дверь в туалет, где умер Элиас.

Теперь эта дверь заперта. На ней полно листочков и надписей:

НАМ НЕ ХВАТАЕТ ТЕБЯ!!!!!!

IT'S BETTER 2 BURN OUT THAN 2 FADE AWAY [7]

ПРОСТИ

LIVE FAST DIE YOUNG & LEAVE A GOODLOOKING CORPSE [8]

ПРОСТИ ЗА ВСЕ ЭЛИАС

ПРОСТИ МЕНЯ

И глубоко выцарапанные слова, которые кто-то попытался зачеркнуть:

ХОРОШИЙ ПИДАР – МЕРТВЫЙ ПИДАР

Ребекка читает послания одно за другим. У самого пола красиво написано черной тушью:

ONLY THE GOOD DIE YOUNG

ALL THE EVIL SEEMS TO LIVE FOREVER [9]

Люминесцентные лампы на потолке, тихо зажужжав, начинают мигать. И гаснут.

– Так и есть, – вдруг произносит чей-то голос, но в то же время не голос, а как будто отражение ее собственных мыслей, хотя и это тоже не совсем верно. Этот голос совершенно не похож на тот, который ночью в парке дал ей задание сплотить остальных. Тот голос был гостем. Этот вторгся в сознание насильно.

– То, что здесь написано, правда, – продолжает голос. – Хорошее не может выжить в нашем мире. Ты слишком хорошая, Ребекка.

Ребекке становится страшно. Похожий страх преследовал ее наутро после смерти Элиаса. И вчера, когда она почувствовала, что за ней наблюдают.

Значит, это был ты, думает она. Ее пульс стучит в ушах. Кто ты?

Встань.

Тело Ребекки мгновенно поднимается, так же естественно, как если бы команда исходила от нее самой.

Открой дверь на чердак и иди вверх по лестнице.

Ноги автоматически начинают двигаться. Только теперь она видит, что дверь на чердак полуоткрыта.

Ребекка пытается закрыть дверь. Но натыкается на противодействие силы, намного превышающей ее собственную.

В глазах темнеет, из носа идет кровь и, стекая по губе, попадает в рот. Во рту остается сладковатый привкус металла и земли.

– Не сопротивляйся, – мягко говорит голос . – Это бесполезно.

Чердачная лестница узкая. Ребекка медленно начинает подниматься наверх.

– Что ты хочешь? – Ребекка спрашивает голос, хотя знает ответ заранее. Именно так умер Элиас. Именно так это было.