Сара Элфгрен - Круг

Ванесса смотрит на нее уважительно.

Подойдя к парку Стурвальспаркен, они останавливаются у фонтана.

– Ты ходила еще раз в «Болотные Копи»? – спрашивает в конце концов Линнея.

Ванесса думает о Ребекке. Та несколько раз пыталась уговорить Ванессу прийти в парк. Но Ванесса всегда говорила, что встречается с Вилле или с Мишель и Эвелиной. Она не хочет думать о том, что случилось тем вечером. Не хочет впускать это в свою жизнь.

– Нет. А ты? – спрашивает она.

– Нет, – едва слышно отвечает Линнея. – Я хочу знать, почему умер Элиас. Но не знаю, что мне делать.

– Может, нужно встретиться с остальными, – говорит после недолгого молчания Ванесса. – Попытаться выяснить, что происходит.

– Если я и буду что-то делать, то в одиночку, – коротко отвечает Линнея.

Ванесса делает затяжку и пытается скрыть, что ей противно.

За спиной Линнеи она видит одного из алкашей, которые обычно тусуются в парке. Он танцует какой-то странный танец на серо-коричневой траве. Видно, совсем у дядьки крыша поехала. Но он добрый. Ванесса знает его – он за небольшие чаевые покупал ей в магазине спиртное до того, как она встретила Вилле.

Линнея выбрасывает сигарету на землю и тщательно растирает ее ботинком. Вид у нее обеспокоенный. Может, она боится, что Ванесса попросится к ней домой?

– Мне надо домой, – говорит Ванесса, чтобы подчеркнуть, что не собирается набиваться к ней в лучшие друзья.

Линнея не отвечает. Алкаш за ее спиной трясет головой. Танцует и, пошатываясь, приближается к ним.

– Привет! – кричит он.

– Привет, привет! – кричит в ответ Ванесса, надеясь, что он уйдет.

Но он продолжает приближаться.

– Линнея, утешение и радость моего сердца! – кричит он тем надсадным, пропитым голосом, который рано или поздно появляется у всех алкоголиков.

– Один из твоих приятелей, что ли? – посмеивается Ванесса, глядя на Линнею.

Она не отвечает. И уходит, не поднимая глаз от земли.

– Линнея! – снова кричит алкаш.

Он останавливается посреди своего странного танца, покачивается туда-сюда, стоя на месте, и, открыв рот, смотрит вслед Линнее пустыми глазами. То, что Линнея ему отвечает, сказано так тихо, что Ванесса едва может различить слова:

– До свидания, папа.

Когда Анна-Карин открывает входную дверь, в нос ей ударяет запах свежевыпеченного хлеба. Анна-Карин улыбается.

– Здравствуй, солнышко, ты уже дома? – слышится из кухни мамин голос.

– Да! – кричит в ответ Анна-Карин, вешая куртку на крючок в коридоре.

Она еще не успела снять ботинки, а мама уже выходит из кухни, чтобы заключить ее в ласковые объятия. С тех пор как мама бросила курить, она больше не пахнет пепельницей. А дом проветрен и благоухает свежей выпечкой и вымытыми полами.

– Как сегодня школа? – спрашивает мама, отпуская ее.

– Нормально. Ни одной ошибки в контрольной по истории.

– Ты у меня умница! – гордо говорит мама.

Анну-Карин нимало не мучают угрызения совести оттого, что она писала все наугад, а потом использовала свою силу на учителе. У нее есть определенные правила. Она пытается манипулировать учителями как можно меньше и никогда не трогает учителей-естественников. Гипнотизирует только тех, кто преподает всякие никчемные предметы, вроде истории, немецкого и физкультуры. Как ветеринару они ей все равно не пригодятся. Да и кто станет счастливее, выучив массу ненужных фактов, чтобы их тут же забыть?

– Я пекла пышки, ну и подумала, а не испечь ли мне заодно и булочки с корицей, – смеется мама, вытирая запачканную мукой руку o цветастый фартук.

Мамины глаза не улыбаются, но Анну-Карин это не беспокоит. Скоро мама поймет, как прекрасно – жить. И тогда ее улыбка станет настоящей. Анна-Карин уверена в этом.

Вниз по лестнице крадется Пеппар и останавливается на нижней ступеньке.

– Привет, дружок, – говорит Анна-Карин, садясь на корточки и протягивая руку.

Глаза Пеппара сверкают желто-зеленым светом. Хвост настороженно покачивается. Он не подходит ближе. Анна-Карин не понимает, что с ним в последнее время происходит. Раньше малыш Пеппар так любил лежать в ее кармане и мурлыкать.

– Иди сюда, Пеппар, – подманивает Анна-Карин. – Кис-кис-кис…

Он не двигается с места.

«ИДИ СЮДА, – думает Анна-Карин, пристально глядя в глаза Пеппару. – ИДИ СЮДА, Я ТЕБЯ ПОГЛАЖУ. Я ПРОСТО ХОЧУ ПОИГРАТЬ С ТОБОЙ».

Пеппар шипит и ретируется вверх по лестнице на второй этаж.

– Ну и ладно, – шипит Анна-Карин в ответ.