Роберт Фериньо - Дрожь

— Я слышал, их хорошо удалять содовой. Говорят, творит чудеса! — Джимми с трудом взобрался на кожаный диван и увидел, как Акула что-то усердно рисует цветными карандашами.

— Что я тебе сделал? — спросил Маклен. — Наверное, что-то чрезвычайно серьезное. Я хочу знать, что именно.

Джимми слушал музыку, шаря глазами в поисках предмета, который можно было бы использовать в виде оружия. Офис почти не изменился за год, может, только рисунков Акулы на стенах стало больше. Сюжеты не отличались разнообразием: Маклен в виде укротителя тигров, Маклен — акробат, Клод — грустный клоун.

— Я задал тебе вопрос.

— Я не понимаю...

Костыль Маклена с шумом обрушился на диван, и Джимми подпрыгнул.

Маклен поднял вверх фотографию Сэмюэла.

— Я не верю в совпадения!

— Пятьдесят миллионов сперматозоидов рвутся к одной яйцеклетке, и лучшее, что смог произвести на свет твой папа, — это ты? Маклен, вся наша жизнь состоит из совпадений!

— Знаешь, я все думаю, как в ту ночь кто-то мог пройти незамеченным мимо камер слежения. Копы даже проверяли компанию, установившую их, но так ничего и не нашли. А вот совсем недавно Акула рассказал, как ты прошмыгнул на матче. Тоже совпадение?

Джимми чувствовал, как из раны на лбу течет кровь.

— Последний год я постоянно размышлял о том, кто же мог так меня подставить. Составил список всех своих врагов, всех тех, кто хотел бы видеть меня мертвым. В списке оказалось много имен. Но о твоем я не подумал ни разу.

— Наверное, чувствуешь себя идиотом.

— Мне становится все лучше и лучше.

Джимми улыбнулся. Сейчас он готов был заплакать или засмеяться, но выбрал все же второе.

— Что здесь смешного? — спросил Акула.

— Все нормально. — Маклен осторожно сел на диван. — Просто Джимми хочет показать нам, из какого теста он сделан. Делает вид, что не боится. — Он схватил Джимми и сжал так, что едва не раздавил легкие.

— Ты можешь убить меня всего раз... — задохнулся Джимми.

— Ну, если все сделаю правильно, то одного раза вполне хватит.

— У меня скандальные соседи, — заметил Джимми, с трудом ворочая языком. — Старая миссис Плеза наверняка записала номер вашей машины и позвонила в милицию.

Маклен закурил сигарету со вкусом гвоздики.

— А мне плевать. — Он посмотрел на Акулу и его рисунок. — Акуле тоже.

— Вы два социопата!

— Два кого? — переспросил Акула.

— Два сумасшедших парня, которым на всех плевать, — улыбнулся Маклен.

В этот момент в дверь постучали.

— Помогите! — закричал Джимми, но Маклен придавил его и прижал сигарету к шее. Джимми колотил Маклена скрученными руками, но тот продолжал жечь его кожу окурком.

Стук повторился. На сей раз более настойчиво.

— Мистер Маклен?

— Черт побери! — прошипел Маклен, все еще борясь с Джимми. Акула продолжал рисовать, слюнявя стержень карандаша. — Я же просил, чтобы меня не беспокоили!

Джимми вырвался. Ему казалось, что кожа на шее продолжает дымиться. От ощущения собственной беспомощности хотелось кричать, но он поборол это желание. Он знал, что, дав волю эмоциям, уже не сможет остановиться.

— Я тоже хочу с ним разобраться, перед тем как ты закончишь, Мак, — сказал Акула. — Хочу спросить кое-что.

Маклен посмотрел на Джимми.

— Акула прочитал где-то, что перед смертью у людей вся жизнь пробегает перед глазами. А еще, что они могут заглянуть за ту сторону смерти, — пояснил он. — Акула хочет заранее узнать, к чему готовиться.

Джимми повернулся к Акуле, дрожа, хотя и не чувствовал холода.

— Вот тебе предсказание: будешь вечно разгребать дерьмо в сточной яме.

— Сядь, — приказал Маклен Акуле, грозно приподнявшемуся со стула. — Джимми просто шутит. — Он ткнул Джимми костылем в ребра. — Чувствуешь комок в груди, который мешает тебе дышать, слизняк? Это страх. Шутки помогает, но ненадолго. Страх трудно держать под контролем. Чуть отпустишь, и он уже полностью завладевает тобой. И остается только дрожать и плакать.

— Говоришь как эксперт! — вставил Джимми.

— Можно и так сказать, — согласился Маклен. — Первые несколько недель после того, как в меня стреляли, я чувствовал себя крайне паршиво. Если бы попали чуть выше, я смог бы снова ходить. Пусть с палочкой, пусть медленно, но сам. Я много знаю о страхе. И собираюсь кое-чему научить тебя, слизняк.

Джимми напряг все мышцы, чтобы не дрожать, и даже преуспел в этом, пока не увидел улыбочку Маклена.

— Так почему ты это сделал? — Маклен указал костылем на фото. — Я пришил нарика, а через год ты пришел за мной? Какого хрена?