А у игруньи имелись свои мысли. Внутренний голос ей говорил определённое, разумное и вечное: «Зашухари дядечку. У него денег, как соплей в твоём носе!
Деточка-Светочка была не такой уж и безобидной штучкой.
Когда дежурный врач развлекательного центра «Стрекоза» проверял её при поступлении на работу по своим особым признакам, по которым легко отделить зерно от половы, то был несколько удивлён: отсутствие дефлорации налицо, а признаки женщины, уже рожавшей, тоже присутствуют.
Не вдаваясь в исторические изыски вновь обретённой весталки, врач расхохотался:
– Ох, и дурят нас, мужиков! – перед ним вдруг встала лисья хитроватая улыбка его жены, молоденькой медсестры, только что окончившей медицинский колледж. – Ох, и дурят…
Так и устроилась Светочка-деточка туда, где, как пчёлке, можно собирать нектар с каждого куста.
Прошлая жизнь новой жрицы была хоть и непродолжительной, но достаточно насыщенной.
В четырнадцать лет, сбежав из дома, она окунулась в интересную захватывающую вольную жизнь юной бродяжки: делай, что хочешь и не делай того, к чему нет желания.
Поначалу её приняла и закрутила в своём водовороте Москва. Было страшно интересно! Даже дух захватило. Вот она – воля!
Но за всё надо платить. А плата была одна – на, бери! Жалко, что ль? Прилепилась к группе проституток, студенток главного университета страны, которые в свободное время сочетали полезное с приятным. Что делать? Молодость требует самовыражения. А тогда модное имя «путана» не сходило со страниц газет, которые с завистью писали об удачном выборе молодых девушек.
Время такое было, путанистое. В Кремле голубые и розовые царили. А народ не понимал всей выгоды и всё пятился назад, к дедовской морали…
Но не будем отвлекаться. Прошло и пролетело, только дымом глаза заслезило…
Вот как повезло «Светёлке»! Студентки были будущие филологи, ну и дали ей такую отдающую русским фольклором кличку: Света-Светёлка. Уж очень она была светлой, так и светилась вся, когда новые подруги обрядили её в свои профессиональные одежды.
Девочки были простые, тоже из глубинки, вот и приняли её за свою.
Понесло, закружило голову, и не сразу поняла малолетка, что залетела. Хоть и крыльев нет, а залетела.
Подруги опытные, сами прошли через это, и не разрешили идти к хирургу. «Не делай операции! Мала ещё! Чем пустой всю жизнь ходить, лучше носи. Он у нас общий будет…»
На том и порешили.
Жила Светёлка в университетском общежитии вместе с подругами. Отслюнят коменданту стольник-другой баксов – и живи, детка, кто тебя спросит? Время такое – «Вливайся! Молодёжь выбирает «Пепси»! На каждом столбе призывы и заманки всякие. А как время подошло – вот она, родильница, роддом, значит. Тоже отслюнили баксов, врач хороший попался, добрый, из старорежимных, деньги взял (куда ж от этой жизни денешься?), но и дело справил. Хороший бутуз от коллективного отцовства получился! Справный. Горло дерёт, как генерал.
Жалко, а пришлось от этого военачальника отказываться. Куда ж ей в таком возрасте с дитём? Да и работать надо…
Собрался «родительский» совет: куда деть малыша? Решили в больнице не оставлять, уж очень парень ловкий уродился! На первом свидании пустил фонтанчик одной, очень уж дотошной, которая всё пыталась удостовериться его мужской принадлежности.
«Ну, их, девок-мокрощелок! Тоже по рукам пойдут! А парень сам с усам вырастет, кормильцем на старости будет!» Вот он и доказал своё верховенство.
Отслюнили пару сотен зелёных главврачу, и забрали малыша, как сына «полка» – как-нибудь выкрутимся! А как-нибудь выкрутиться не пришлось. Комендант дурачком прикинулся: «Не продаюсь! – говорит. Дети – наши цветы, но пусть цветут на чужих подоконниках! Везите его, куда хотите! А то на меня отцовство запишут!»
Погоревали студентки, погоревали, и в церковь к батюшке за советом пошли. Опять отслюнили несколько зелёных листиков. Но батюшка мзду не взял. Говорит, хоть вы и «сучьи дети», а парня я и так окрещу!
Окрестил. Имя дал Георгий, в честь Георгия Победоносца, порылся в святцах, и – как отрезал: «Георгий он!»
Так он и прописался в Господней книге. Сразу три имени получил – Юрий, Георгий, и Егор.
Но девчата и сама малолетка-мать его Егорушкой стали называть. Забавный хлопец! Молочные пузыри пускает, как стеклодув какой. Что делать дальше? Скинулись на крестины деньжонками, и отправили малолетку в деревню.
А в деревне у Светёлки своих братьев куча, и все – мал-мала, да мать тоже одиночка, пьяница. Одним словом – безотцовщина! Горемыкины дети. Таких по России не счесть.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу