Задохнувшись от злости, сжала кулаки и почувствовала, как щеки вспыхнули огнём. Однако не произнесла ничего из того, что вертелось на языке в ответ на его оскорбления. Мне нужно поговорить с ним.
– Какие у тебя планы на меня? – спросила ровным тоном, хотя мысленно расчленила этого подонка раз сто за прошедшую минуту.
– Какие у меня могут быть планы на шлюху? – развязно ухмыляется, хотя взгляд остаётся таким же ледяным, как и прежде. – Обслужила моего брата, теперь будешь обслуживать меня, – ему явно доставляет удовольствие моё лицо в этот момент, потому что я, позабыв о данном себе обещании, начинаю закипать.
– Что, прости?
– Ты глухая? Или тупая? Я сказал, обслужила моего брата, – эту фразу он проговаривает по слогам, злобно скалясь, словно я была его женой и посмела ему, такому лапушке, изменить. – Обслужишь и меня. А потом продам тебя в какой-нибудь бордель. Или просто прикопаю в лесочке. Там уж как пойдёт. Будешь стараться, быть может, перепродам кому-нибудь.
Я смотрю в его глаза и не верю тому, что слышу. Какая же мразь. Тварь законченная!
– За что? Что я сделала тебе такого, что ты так меня ненавидишь? Мм? Что? Скажи. Ты забрал меня у мужа. Лишил меня моей прежней жизни. Сделал из меня какую-то грёбаную Мата Хари местного разлива, подложил под своего братца, который, кстати говоря, взял меня силой! А теперь ещё шлюхой называешь?! За чтооо?! – последнее слово я проорала ему в лицо, хотя изначально не собиралась показывать свои эмоции. И тем не менее ублюдок умело вытянул их из меня.
– Закрой свой рот, сука, пока я тебе его не порвал, – произносит тихо и так спокойно, что, если бы я не расслышала каждое его слово, подумала бы, он о погоде вещает.
Его предупреждение, правда, моментально заставляет меня заткнуться, потому что я помню и до сих пор чувствую, насколько тяжела его рука.
– Отпусти меня. Пожалуйста. Я просто хочу уехать. Подальше от всех вас… Твой брат никогда не узнает, что я жива. Мне и самой это не нужно. Я просто исчезну и всё, – начинаю позорно плакать, потому что ничего другого не могу. Чувствую свою беспомощность, и ненависть вперемешку со слепой злостью съедают изнутри. Но я упрямо держусь и продолжаю корчить из себя жертву. Я должна его обмануть. С Булатом почти получилось, получится и с ним. Должно получиться.
– Отпустить, говоришь? – он запрокидывает голову, издевательски оценивает меня взглядом. – Если хорошо поработаешь над моим членом, я подумаю. Кто знает, может, настолько умело сосёшь, что я даже пожалею тебя и действительно отпущу. Почему нет? – сволочь поганая.
– Я сделаю всё, что угодно, кроме этого – поёжившись от одной мысли о том, что я стою перед ним на коленях, и… Фу! Да ни за что!
– Покажи мне, как ты хочешь на свободу, – расстёгивает пуговицу на своей ширинке, а я, громко сглотнув, опускаю взгляд вниз.
– Сейчас? – произношу потерянно, а он, привстав, убирает из-под себя стул и делает шаг ко мне, расстёгивая и молнию.
– А почему нет? Приступай.
Я с ужасом смотрю на то, как он вытаскивает из штанов огромный, толстый член и, взяв его в руку у основания, проходится сжатой ладонью по всей длине.
– Ну? Чего застыла? На колени вставай. И покажи мне, как ты умеешь удовлетворять мужиков, что они так по тебе с ума сходят. Давай! – приказывает уже более резко, а я качаю головой, не в силах произнести ни слова.
Теперь ещё и он будет меня насиловать? Я не выдержу, не перенесу этого во второй раз.
– Нет, – отступаю назад, пока не упираюсь в кровать. – Имран, я не буду. Не заставляй меня, – качаю головой, пока он надвигается, продолжая надрачивать свой здоровенный причиндал.
– А с моим братом была-а-а, – тянет, скалясь, словно зверина.
– Он меня изнасиловал. Я не хотела этого. Не поступай со мной так же, если считаешь себя лучше него.
Вайнах улыбается. Его забавляет мой страх. Грёбаный маньячила. Садист проклятый. У него даже член встал на мой страх.
– Ладно, – отвечает спустя минуту и застёгивает штаны. Хотя удаётся ему это с трудом, та дубина, которую он вернул обратно, так и норовит порвать джинсы. – Потом отработаешь. Сейчас у меня важная встреча, и я зашёл сказать, чтобы ты вела себя тихо. Если кто-то, кроме моих бойцов, узнает о том, что ты жива и находишься в моём доме, мне придётся исправить свою ошибку и показать брату твои останки. Так что будь хорошей девочкой, Злата. Поняла меня?
– Поняла. Я буду сидеть тихо, – обещаю честно, потому что шок от возможного насилия ещё не прошёл, и я сейчас пойду на всё, лишь бы избежать его в будущем. – Только…
Читать дальше