— Следовательно, раз вы тоже получили открытку, то и вам грозит серьезная опасность? Как вы считаете, почему убийца выбрал вас?
Мариана пожала плечами и, отвернувшись от Фоски, чтобы снова не вспылить, пояснила:
— Я представляю угрозу. Я подобралась к нему слишком близко. Разгадала его замысел.
— Перерисовать текст на древнегреческом мог кто угодно, — заметил Фоска. — Для этого не обязательно заканчивать Гарвард.
— Я в курсе, профессор. Но у вас в комнате я нашла собрание сочинений Еврипида, и именно эти строчки были подчеркнуты. Скажете, это совпадение?
Фоска рассмеялся.
— Если б вы сейчас зашли ко мне и взяли с полку любую книгу, то удостоверились бы, что я подчеркиваю практически все подряд. — Прежде чем Мариана успела возразить, он продолжил: — Неужели вы действительно верите, что я стал бы присылать будущим жертвам цитаты из произведений, которые сам же преподаю? По-вашему, я совершил бы такую глупость?
Мариана покачала головой.
— Это не глупость. Вы рассчитывали, что никто не догадается о смысле этих открыток и не придаст им никакого значения. У вас такой юмор: вы хотели посмеяться над девушками. Это вполне в вашем духе, потому-то я и не сомневаюсь, что убийца — именно вы.
— К счастью для профессора Фоски, — вмешался инспектор Сангха, — ровно в полночь, когда убили Серену, его видели в колледже.
— Кто видел?
Инспектор потянулся к фляге, чтобы подлить себе чаю, но заметил, что та опустела, и вздохнул.
— Моррис. Главный консьерж. Проходя мимо, он встретил профессора, который вышел покурить, и они несколько минут разговаривали.
— Моррис лжет!
— Мариана…
— Да вы послушайте…
Прежде, чем Сангха успел ее остановить, Мариана выпалила, что консьерж, вероятно, шантажирует Фоску. А также упомянула, что следила за Моррисом и видела его с Сереной на кладбище.
Резко подавшись вперед, инспектор впился в нее взглядом.
— На кладбище?! Расскажите-ка все по порядку.
И Мариана принялась излагать все с самого начала, в мельчайших подробностях. К ее огорчению, по ходу разговора инспектор Сангха все больше убеждался, что убийца — именно Моррис, а не Эдвард Фоска.
Джулиан был того же мнения.
— Это объясняет, почему преступник разгуливает по колледжу незамеченным, — заявил он. — На кого мы не обращаем внимания? На того, кто имеет полное право находиться на этой территории. На человека в форме — консьержа!
— Именно, — согласился Сангха и после недолгого раздумья велел своему помощнику привести Морриса на допрос.
Мариана открыла было рот, чтобы еще раз попытаться убедить его в виновности Фоски, хотя и понимала, что, скорее всего, ничего не выйдет. Но тут к ней обратился Джулиан:
— Послушай, Мариана. Я на твоей стороне, поэтому не обижайся на то, что я скажу, ладно?
— В чем дело?
— Если честно, я давно заметил, что ты ведешь себя неадекватно. Еще во время нашей первой встречи. Мне сразу показалось, что у тебя началась легкая паранойя.
У Марианы вырвался короткий смешок.
— Что?!
— Понимаю, это трудно принять, но тебя явно мучают навязчивые идеи. Ты нездорова, Мариана. Тебе нужно лечиться. И я буду рад помочь. Если ты позволишь…
— Да пошел ты, Джулиан!
Сангха резко стукнул флягой по столу.
— Довольно!
Все умолкли, и в наступившей тишине инспектор твердо заговорил:
— Мариана, вы переполнили чашу моего терпения. Вы предъявили профессору Фоске надуманные, голословные обвинения и, хуже того, нанесли ему побои. Он имеет полное право подать на вас в суд.
Мариана попыталась перебить его, но инспектор Сангха неумолимо продолжал:
— Нет уж, теперь послушайте меня. Я требую, чтобы завтра же утром духу вашего здесь не было, чтобы вы убрались как можно дальше отсюда: от колледжа, от профессора Фоски, от расследования и от меня. Иначе я буду вынужден арестовать вас за препятствование следствию. Вам ясно? Воспользуйтесь советом Джулиана. Обратитесь к врачу. Пройдите лечение.
Мариана чуть не взвыла от бессилия. Хватая ртом воздух, она с трудом подавила рвущийся наружу вопль. Спорить дальше не имело смысла. Кипя в глубине души от негодования, Мариана опустила голову.
Она проиграла.
Ну вот, теперь пружина натянута до отказа. Дальше события будут разворачиваться сами собой. Этим и удобна трагедия — нужен лишь небольшой толчок, чтобы пустить в ход весь механизм.
Жан Ануй, «Антигона»
[10] Перевод В. Дмитриева.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу